Танцуй-танцуй заварушка (кроссовер)

Post it here if you prefer your beta to be publicly available

Re: Танцуй-танцуй заварушка (кроссовер)

Unread postby chebmaster » 28 Nov 2020, 20:42

Оно живое! Живое! :nonono:
https://ficbook.net/readfic/5745775/26054183


Эта история относится к фанфикам. Будучи таковым, она в неоплатном долгу перед создателями используемых ниже персонажей: Румико Такахаси, Мэтт Бозон, Эрин Белл Бозон, творческие команды Kitty Films и WayForward.

[center]* * *[/center]

Глава пятнадцатая,
Немножко не по плану


[center]* * *[/center]

Замечание автора: наверно, надо было ещё денёк подождать, вычитать свежим взглядом... Но меня так достало, что она никак не допишется...

[center]* * *[/center]

— Стой и дерись, мерзавец!

— Кяяяя, отцепите, отцепите, отцепите его!

— Как смеешь ты, червь, касаться моего тела!

— Ай!.. Риски, смотри, куда стреляешь!

— Лампа! Опять один за лампой!

И всё это - под аккомпанемент непрекращающегося гвалта «Суито!», словно птичий базар.

В подземном зале царил полный хаос. Нэримокрушители, Шантэй, Риски, Мимик, Ротти, даже Роттины братья - все сражались с вездесущими, хихикающими, облапывающими хаппобатами, непрестанно промахиваясь и путаясь у друг друга под ногами. Невозможно было даже сказать, сколько тут этих вёртких тварей: хаппобаты кишели. Хаппобаты были повсюду.

— Грабки прочь! — Ранмин кулак просвистел в сантиметре от Аканиного носа, но похабная тварь уже слиняла в бурлящую толпу бойцов.

Пока разъярённый Ранма разворачивался к основной массе - два гада уже снова прилипли к Аканиной спине, пытаясь нашарить все её округлости сквозь борцовку.

Свалка тянулась с того самого момента, как Риски начала распечатывать лампу - висящую теперь в полыхающем магическими энергиями проёме, чем-то напоминающем большой камин. По объяснениям Шантэй - до того, как всё завертелось - место было тем же самым, что и в прошлый раз, только вошли через тайный ход в хижине на побережье, а не извилистыми путями через подземелье Гипно-барона. Очевидно, все приготовления были уже выполнены прошлой Риски. Даже пленённого Мимика притащили Абнер и По, которых никто не потрудился поставить в известность об изменении планов.

А потом хаппобаты попёрли изо всех щелей.

Теперь Мимик охранял лампу вместе с более коренастым из двоих зомби-братьев, который в очках и свитере. Дед швырялся флаконами, взрывавшимися феноменально вонючим дымом. По запускал какие-то штуки, больше всего напоминавшие уродливых призраков. И то и другое оказалось самыми эффективными средствами сдерживания беснующихся хаппобатов. В немалой степени благодаря морскому каналу, отделяющему остальной зал от стены с этим проёмом.

У остальных дела шли не очень.

Роттитопс раз за разом отрывала себе голову и швыряла через весь зал, хаппобаты стряхивались с утягиваемого в потустороннее измерение тела. Потом новые сбегались к ней.

Абнер, брутальный брат-зомби в кожанке на голое поджарое тело, раз за разом словно растворялся в тенях, лишь жёлтые буркала светились - и выскакивал неожиданных местах, уже в процессе размашистого удара. Или вылезал, словно из под земли, из монолитного каменного пола, хватая стремительно. Против кого-нибудь менее вёрткого такая тактика оказалась бы ужасающе эффективной: он бил, как грузовик. Который, увы, всё время промахивался.

Сямпунь, необдуманно пришедшая в одном красном бикини, бешено крутила скимитарами, вертясь и отскакивая: тварей как магнитом тянуло к завязочкам её трусов. Левый узел уже еле держался.

Риски, в состоянии плохо сдерживаемого бешенства, попеременно то выполняла рывок со скимитаром, заставляя всех присутствующих шарахнуться с её пути, то палила с двух рук во все стороны, чудом не попадая по своим. Всё тщетно: от пуль-бомб хаппобаты уклонялись, распугиваемые, словно стайки особо мерзких воробьёв, а самонаводящиеся пули самонаводились недостаточно резво. Но главный счёт был пока за ней: несколько тварей располовинило неуловимыми, словно лиловая молния, росчерками меча, когда пытались облапать её.

От неё недалеко отставал Ранма. Каждое его попадание, от которых эрзац-похабники дохли, словно мухи, пришлось по прилепившимся к Аканэ.

Больше никому попадать не удавалось.

Аканэ молотила руками и ногами в воздухе, непрерывно облапываемая, каталась по земле, пытаясь стряхнуть уродов. Ругалась она при этом потрясающе выразительно - и без единого бранного слова.

Шантэй скользила, суматошно лупя волосами мимо и уворачиваясь. Временами паразиты облепляли-таки её, тогда она начинала отчаянно извиваться, брыкаться и кувыркаться, стряхивая жадно шарящие по телу грабки и визжа при этом от омерзения.

— Кяяя, отцепись, отцепись, отцепись, вонючка низостная! — билась Аканэ. Ранмин кулак просвистел мимо уха, принося мимолётное облегчение. — Шантэй-чан, превращайся скорее, растопчи эту шваль помойную!

— Нельзя! — крикнула в ответ мечущаяся танцовщица. — Мы... Ааа, мерзость! Отлипни! Отлипни!.. Мы тянем время! Главное - дотерпеть, пока лампа распечатывается!

Ранма на мгновение замер посреди удара. Потом издал стон досады напополам с рыком раздражения - и метнулся к морскому каналу. Выметнулась на берег уже рыжая девица, еле прикрытая не сходящейся спереди жилеткой, хихикающая с до боли фальшивой слащавостью. Принять её оскал за улыбку мог бы только сумасшедший.

Хаппобаты клюнули.

С хоровым «Суито!» целые орды прыгнули на неё, облепив, похоронив под слоем сморщенных чёрных похабников в красных шароварах. На какое-то время даже битва почти замерла, все уставились на кучу тварей, кишащих, словно личинки в тухлом мясе. Изнутри продолжал доноситься насквозь фальшивый Ранмин смех, всё больше напоминая истерический визг. Потом через щели между кишащими тварями начало пробиваться розовое свечение. Потом...

— Девичьего рыка разряд! — срывающимся голосом выкрикнула Ранма. Не меньше дюжины тварей смело трёхметровым шаром розовой ки, расплющив о дальнюю стену. Остальных просто расшвыряло.

Аканэ уставилась на рыжую, стоявшую, тяжело дыша, в завершающей позе техники, вытянув руки вперёд. Лицо той шло белыми и красными пятнами, веко дёргалось. Потом Ранма с силой запахнула жилетку, передёрнулась и издала сквозь зубы долгий визг омерзения.

— Это был... словно «львиного рыка разряд», — озвучила очевидное Аканэ. — Только... розовый?

Мимолётная передышка окончилась. Хаппобаты бросились снова, поредевшие, но всё ещё многочисленные..

— Командой! Действуем командой! — прокричала Шантэй, снова отбрыкиваясь. — Одна подманивает, двое бьют!

И с этими словами в битве наступил перелом.

Сямпунь бросила скимитары и вцепилась обеими руками в завязки на талии, гневно закричав что-то на китайском когда её облапало с полдюжины мерзостей. Увлёкшиеся перетягиванием трусов, хаппобаты не успели увернуться, когда Ранма продемонстрировала неплохое владение подхваченным клинком.

Аканэ и Шантэй стали не просто отбиваться, а крутясь возле друг друга, целя в тварей, вцепившихся в другую. За вычетом пары-тройки попаданий куда не надо - по Аканэ прилетело волосами а по Шантэй - Аканиной пяткой - они начали медленно, но неотвратимо прореживать врагов. Дохших, растекавшихся чёрным желе-дымом с одного попадания. На которое приходилось девять промахов.

Ротти переместилась поближе к Абнеру, перестала уворачиваться и стояла смирно, лишь понося вцепляющихся в неё тварей. Озверелый старший брат замелькал с утроенной силой, мерцая и выскакивая из ниоткуда словно мстительный призрак тьмы. И теперь далеко не все его удары приходились в пустоту. Тут взмах когтистой руки отрывал голову, там - рвал погань напополам.

Риски Бутс тоже презрела вцепившихся в неё тварей, подхватила второй скимитар - и выложилась по полной, совершенно перестав скрывать свою силу. У Ранмы, если честно, волосы зашевелились. Движение самой Риски рыжая ещё могла отследить, хоть и с трудом. На ум приходило выражение «наскипидаренная молния». Мелькание мимолётных лиловых росчерков, плетущих в воздухе еле различимый узор режущей песни... Было за гранью. Риски кружила вокруг девушек - хаппобаты дохли пачками, Ранму передёргивало, когда в её жилетке обнаруживались разрезы от ударов, которые она даже не заметила.

Рыжая, однако, отвечала любезностью на любезность, снося и пришибая тех, что прилепились к королеве пиратов.

А потом... Враги вдруг кончились.

Несколько мгновений бойцы озирались, находя лишь бесчисленные чёрные кляксы, уляпавшие пол-зала, медленно истаивающие тяжёлым чёрным дымом. Потом...

— Победа! — выкрикнула Шантэй, подпрыгивая, словно радостный заяц, с такой энергией, что ей пришлось после этого поправлять топик.

Все расслабились, улыбаясь со вздохами облегчения - или окружая сестру удушающей заботой, в случае Абнера и По.

Свечение проёма угасло. Там стояла Риски Бутс с лампой в руке, на губах - такая ухмылка, что у Шантэй ёкнуло сердце, а по спине пробрало холодом.

А уж как Ранма поёжилась, запахивая дырчатую рванину, оставшуюся от покромсанной «невзначай» жилетки...

— Ну что, козявка-полуджинни? — грозно вопросила пиратка, поигрывая лампой.

Шантэй ахнула, вздрогнув и непроизвольно попятившись.

Сямпунь покосилась на Ранму - и начала ненавязчиво так сдвигаться вбок. В чём тут дело ей было непонятно, но реакция рыжей крайне настораживала.

Братья-зомби зыркали на всех вокруг с одинаковым подозрением, загораживая собой льющую крокодиловы слёзы Ротти.

— Лови! — с какой-то яростной радостью выкрикнула Риски Бутс. И метнула...

Подпрыгнувшая от неожиданности Шантэй еле спохватилась поймать летевшую в неё лампу.

Шарахнувшиеся было нэримцы немного расслабили боевые стойки.

— Удачи со сбором тёмной магии! — снисходительно бросила королева пиратов, с достоинством удаляясь, покачивая бёдрами.

— Уфффф, напужала — с облегчением выдохнула Шантэй, осматривая магический предмет в руках. — С ней всегда было непросто, но эта, вернувшаяся из будущего... Просто беда! — Примерившись, она начала засасывать тёмные облачка, в которые собрался оставшийся от хаппобатов осадок.

— Всё равно, что ходить в одной команде с дружелюбной коброй, — согласилась Ранма, продолжая прикрываться руками. — Аканэ, ты мой топ от бикини куда дела? Это уже не жилетка а дуршлаг какой-то.

— Стой смирно и не вертись, — скомандовала младшая Тендо, доставая из-за пазухи набор красных матерчатых треугольников с завязочками. — Как ты её изорвать-то умудрился, дурак ты эдакий?

Ранма лишь улыбнулась её ужимкам.

[center]* * *[/center]

Оставив Ротти объяснять родичам всю путаницу с путешествиями во времени, всё тусовка вернулась в город.

В который как раз входила колонна танков радикально синего цвета.

— Ка.. Чт... Почему?! — опешила танцовщица, провожая глазами громыхающих и пылящих гусеничных монстров, ощетинившихся во все стороны пушками и заклёпками, с челюстеобразным зубастым тараном спереди.

Из башенного люка удаляющейся головной машины торчала спина огромного мужика в синей шинели, распираемой бугрящимися мускулами.

— Эй, это тот самый командир, которого мы вчера с Рёгой в лагере боеприпасцев видели! — показала пальцем Ранма.

— Боеприпас-барон, — растерянно пояснила Шантэй. — Собственной персоной. Но почему?.. Я же была уверена, что мэр ещё не продавал город за ящик шоколадок!.. Может, они просто танки выгуливают?..

— Эти парни, — рыжая указала на солдат в синих шинелях, марширующих колонной по двое вслед за танками, — говорят об обратном.

— Надо срочно во всём разобраться! — Шантэй рванула догонять танки.

Срезав переулками - обогнали так хорошо, что умудрились потерять танки. Хотя - казалось бы. Порыскав туда-сюда, обнаружили колонну пересекающей каменный мост в направлении набережной. Очевидно, предводитель решил сделать крюк, не доверяя ближнему мосту, который деревянный.

— Эй! — Шантэй воздвиглась на пути у колонны, возмущённо скрестив руки. — Ты чего удумал? Совсем совесть потерял?

— Не паникуйте, жители Боеприпасска, — снисходительно пророкотал Боеприпас-барон - оказавшийся, внезапно для некоторых, циклопом с единственным здоровенным глазом посередине. — Объявление о смене руководства будет сделано вскорости!

Громыхающий железный монстр даже не замедлился, заставив танцовщицу спешно отскочить с дороги.

— И что теперь? — озабоченно спросила Аканэ, провожая взглядом проходящие мимо танки. Всего четыре штуки, при ближайшем рассмотрении.

— Надо отыскать мэра! — Шантэй подорвалась бежать, вынуждая друзей догонять её. — И сказать ему пару ласковых, если что! Как всё так перевернулось-то?

После беготни туда-сюда, мэр обнаружился на небольшой площади в середине основного квартала, куда уже подтянулись боеприпасцы и толпы жителей.

Настроение, на неискушённый Ранмин взгляд, было какое-то слишком уж праздничное для тех, кого завоёвывают. Народ припёрся с детьми, местные красавицы с кувшинами на головах, моряки с пристани - все с видом людей, подтянувшихся поглазеть.

Припарковавший танк в тени высокого здания, Боеприпас-барон стоял на башне и красовался мускулами под оранжевой майкой, шинель на бицепсах так туго натянута, что того глади - лопнет. Явно речь собирался толкнуть.

Какой-то ушлый коробейник уже торговал орешками и... Что такое этот их «ойран» - молоко, что-ли?

— Вот ты где! — воскликнула Шантэй, проталкиваясь в направлении еле виднеющейся среди голов макушки тюрбана. — А ну быстро признавайся, что на этот раз учудил!

— Простите меня, — всхлипнул толстячок, всем обликом выражая уныние. — Когда я узнал, что Владыка Пиратов пробуждается ... Не справлюсь я. Грядут тёмные времена, не по мне ноша эта.

— А я, по твоему - кто? Колбасная нарезка? — заорала на него Шантэй. — Я его один раз побила, если надо - ещё раз побью! У меня - опыт, у меня... У нас - команда! Да может мы ему на этот раз вообще пробудиться не дадим! А ты!.. Как ты мог за нашей спиной!..

Аканэ всерьёз уже опасалась, что подруга не выдержит и прибьёт градоначальника.

— Вы не понимаете... — убитым голосом прошептал толстячок. — Владыка Пиратов... Он страшен...

— Я - не понимаю? — вызверилась полуджинни. — Я - не понимаю?! Да я его по роже лупила! Вот этими самыми волосами! — Она взмахнула своим основным оружием. — В его истинной форме, когда он выше султанского дворца был!

— Простите, — ещё раз извинился мэр. — Я хотел... Я пытался поверить... Но каждый раз вспоминая...

Вздохнул тяжко - и побрёл прочь, понурившись и наталкиваясь на людей.

— Ни в грош меня не ставит, — кипятилась Шантэй. — Словно я не джинн-страж - а так, финтифлюшка декоративная!

— Ну, если подумать, — вклинилась Ранма. — Прошлый раз - это для нас он - «давным-давно». А вот все дядьки и тётьки среднего возраста...

— Помнят вражину во всей грозе его мощи, — закончила за него Сямпунь. — И многие горожане могут быть из числа имевших несчастье лицезреть его самолично.

— Ага, — поддакнула Ранма. Цветистость речи китаянки ещё раз напомнила ему, насколько некоторые могут... Вживаться в свою маску. Нет - он, конечно, не купился... Ну, не до конца... Но включать «Сямпунь крушить» дурочку эта девица умела.

Шантэй, тем временем, задалась вопросом, кто отнёс Боеприпас-барону купчую на город. Невооружённым взглядом было видно, что у неё кулаки чешутся - вот и ищет, о кого бы их почесать.

— Уф, упарился, — приплёлся вымотанный, устало вытирающий пот со лба Боло. — Народ, а у вас тут что?.. И как эти вежливые синие человечки успели раньше меня? Я от них через пустыню трусцой бежал...

— Болоооо... — угрожающе-ласково пропела Шантэй. — Ты, случаем, не бумажку от мэра им относил?..

— Ну, да, конвертик такой. А что...

— Боло, убью, — прорычала Шантэй. И немедленно перешла от слов к рукоприкладству.

Аканэ, хотя и разделяла чувства подруги - это ж надо, у неё за спиной родину продать - но после плюхи этак десятой начала её оттаскивать, упирая на то, что второй фингал будет чересчур, хоть и хорош бы для симметрии.

— Фто я вделал то? — обиделся незадачливый друг полуджинни, попавший под её горячую руку. — Ва фто?.. Увь...

Голова у него была - шишка на шишке, синяк под глазом наливался лиловым. Рука оказалась тяжёлая.

— Город продал этим... вежливым синим, — намекнула Ранма.

— И теперь Шантэй рискует потерять работу, — безжалостно пригвоздила Сямпунь. — Поскольку работодатель - всё, спёкся.

— Опять я накосячил! — возопил ушибленный, вцепившись себе в волосы. — Да что ж такое-то? Кончится эта непруха когда-нибудь?

Ранма хотел сказать, что просто думать надо до того, как действуешь. Но промолчала. Не маленький, пусть своим умом доходит.

Народ вокруг зашикал: мол, не мешайте слушать. Оказалось - Боеприпас-барон уже вовсю распинался на тему «поприветствуйте вашего нового повелителя».

На необдуманных словах «А вместо этой развалюхи - как её, дом престарелых, что-ли - поставим мортирную батарею! Ша-дада-а-ах!» терпение Шантэй лопнуло - и полуджинни потопала сказать пару ласковых уже этому.

— И вот наши планы на его супер-пушку вильнули хвостиком на прощание, — прокомментировала Сямпунь.

— Не парься, — отмахнулась Ранма. — Будущее и без того уже с рельс сошло нафик.

Боеприпас-барон, тем временем, ляпнул что-то на тему «Парни, вы уже и танцовщиц пригласили? Я ценю вашу заботу!»

Нэримцы подумали - всё, последняя капля, Шантэй сейчас и его изобьёт. Приготовились драться со всей его армией.

Но полуджинни лишь рыкнула:

— Проходили уже! Да, люблю я этот наряд, мне нравиться быть красивой и желанной! Так что же? Мне девушкой быть перестать? — и начала какой-то танец.

Не успели боеприпасцы отреагировать неподобающе - то есть, по их мнению - подобающе, они просто не знали ещё, что это не то, о чём они подумали - как она обернулась гарпией, взмыла над площадью, обернулась в воздухе обратно девушкой - и приземлилась, спружинив, прямо на башню танка перед качком-циклопом. Встала, скрестив руки, глядя на него снизу вверх с таким вызовом, словно глядела сверху вниз.

— Ах! Так ты - джинн-страж Боеприпасограда! — обрадовался тот. — Что же, добро пожаловать на борт! Паспорт можешь получить...

— Я разве согласие своё давала, м? — рыкнула, зыркнув изподлобья. — И кто начинает перестройку города со сноса полезных общественных зданий? Даже если они полвека уже ремонта просят?

— Моими стараниями этот город из крысиной дыры превратится в оплот завоеваний! — немного даже оскорбился Боеприпас-барон. — Теперь, когда я - твой официальный сеньор - разве не естественно вступить в мою личную армию? Нас ждут славные завоевания - и специалисты нужны самые разные!

Наступила неловкая пауза.

— Будешь опять на меня униформу придумывать - пришибу, — недобро пообещала Шантэй. — Не посмотрю. что сеньор. Предлагать армейский душ под открытым небом - дважды пришибу.

И снова - неловкая пауза. Так и сверлили друг друга взглядами.

Боеприпас-барон явно колебался, как реагировать: такой ценный ресурс - и вдруг артачится. И лицо ронять не хочется, но и совсем отношения портить - тоже. Ибо целый джинн-страж - это вам не тут.

На танк залез один из солдат и начал что-то шептать ему на ухо.

— Что?.. Владыка Пиратов?!.. — в ужасе возопил Боеприпас-барон, хватаясь за голову и выпучив глаз. — Ааа! Кинули! Подставили! Развели, как лоха базарного!.. — Скатившись с танка, он начал метаться, не зная, что делать.

Шантэй осталась на башне одна.

Оглядела толпу с высоты поверх голов.

Горожане уже смешались с боеприпасцами, о чём-то оживлённо дискутировали, торговали, не обращая внимания на ужимки нового начальства.

— Я одна тут, кто считает, что вот так вот сажать на город самозваного феодала - это неправильно? — пробормотала полуджинни, спрыгнула с танка и направилась к друзьям.

Боеприпас-барон теперь крался, ссутулившись, стараясь быть меньше и незаметнее, что выглядело особо комично при его габаритах шкафа с антресолью:

— Пст, парни, снимаемся...

Его прервали, прокашлявшись сзади.

Качок в синей шинели медленно, преодолевая внутреннее сопротивление, обернулся, заранее страшась того, что там увидит.

Позади него стояли два здоровенных рыцаря в синих с золотом латах. Лишь глаза виднелись в смотровых щелях глухих, колоколовидных шлемов.

— Боеприпас-барон? — прогудел один, словно пустая железная бочка.

— Ээ... Где вы... — Поняв, что фокус с «я - не я и она - не моя» с этими - не прокатит, он смирился. — Ну, я.

— Вот ваш ерлык на владение городом, — прогудел другой, протягивая ему одной рукой - скреплённый сургучной печатью свиток, а другой - планшет. — Получите и распишитесь в ведомости.

— Ааааа! — обречённо провыл Боеприпас-барон, выдирая волосы. Потом, с видом плетущегося на казнь, достал из кармана авторучку и расписался в планшете. — Ну я и влииип...

— На втором экземпляре - тоже, — напомнил неколебимый рыцарь, перекидывая лист на планшете.

— Султанская стража, — пояснила Шантэй в ответ на немой вопрос нэримцев. — Блюдут закон и порядок. Если бы хоть изредка чесались этим заниматься в радиусе дальше полумили от дворца!.. Но нет, города сами отдуваются, кто как может.

— Иными словами, — уточнила Сямпунь, глядя, как Боеприпас-барон мечется в тихой панике, — он сейчас вступил во владение городом официально?

— Да. Не успел слинять - вот и вступил, — подтвердила полуджинни со смешанным чувством злорадства и досады. — И взамен теперь обязан город защищать.

[center]* * *[/center]

Чтобы развеяться, делая что-то полезное, Шантэй побежала собирать одиночных хаппобатов, по памяти в тех местах, где в прошлый раз обнаружились какльбаты. Резонно предположив, что Риски там держала тинкербатов-соглядатаев, которые там же, на местах, и мутировали. Неутешительно, учитывая, что один какльбат ныкался возле самого маяка - и это прошлая Риски, до того, как стала воистину устрашающей.

Никого они там не нашли. Ни возле маяка, ни дальше по берегу, за любимым местом отдыха мэра, ни в тёмном углу леса по другую сторону от города. Только пробегали зря.

Оставалось сделать вывод, что вся популяция, по какой причине их туда ни влекло, стянулась к месту распечатывания лампы, где и полегла.

Возвращаясь с чувством выполненного долга в город - были неприятно удивлены шумом, гамом и руганью. Из бани выбегали паникующие женщины, завернувшиеся в полотенца. В дверях лежал затоптанный городской стражник, в этой их красной полурубахе, весь в отпечатках босых ног. Каждая выбегающая добавляла.

— Так вот, почему их в лесу не было! — воскликнула Ранма.

— Держитесь, я иду! — вскрикнула Шантэй, бросаясь в баню.

Внутри царило светопреставление. В центральном общем зале валялось ещё два вырубленных стражника, толпились разгневанные мужчины в полотенцах на бёдрах, не зная, что делать. С женской половины неслись хоровые визги и неумолчные «Суито!».

Шантэй ворвалась туда бок о бок с Ранмой и Сямпунь. Аканэ - за ними, немного отставая.

— Ээ, я не могу... — неловко начал Боло.

— Стражников оттащи! — обернулась в дверях Аканэ. — Пока их совсем не затоптали!

Последовала хаотическая свалка из отбивающихся подручными средствами купальщиц, летающих медных кувшинов, неуловимых хаппобатов и гоняющихся за ними бойцов. Шантэй отчаянно рвалась вперёд, стараясь не столько атаковать, сколько прикрыть местных жительниц собой. Аканэ молотила, словно ветряная мельница в борцовке, так ни разу ни по кому не попав. Сямпунь скинула бикини, намылилась и притворялась одной из толпы, подманивая паразитов своим телом и по быстрому сворачивая им шеи, когда они нападали неосторожно, ожидая очередную нетренированную девушку. Активней всех сокращала поголовье врагов Ранма - пока не поскользнулась на мыле, плюхнувшись в жёлоб с горячей водой. После чего купальщицы били уже Ранму.

Последнего, вцепивщегося в Шантэй, паскудника прибила Аканэ. Полуджинни мастерски подставилась под её кулак, гад хрустнул, её сложило пополам, выбив воздух из лёгких и отправив в полёт спиной об стену.

— Это не то, что вы х-х-умаете! — прохрипел удушаемый топом от бикини Ранма, вырываясь прочь с женской половины. — Х-холодной...

Аканэ поспешила за ним: судя по звукам, бить его продолжили уже мужчины.

Остались кипящие возмущением местные женщины, пылесосящая тёмную магию Шантэй, да Сямпунь, повязывающая бикини обратно.

— Я так вас подвела! — винилась Шантэй, не прекращая работать лампой. — Я искала их по лесам, вместо того, чтобы догадаться, куда все эти поганцы ломанутся!

Женщин, однако, мало интересовало, кто виноват. Обмотавшись традиционными простынями для приличия, они потянулись в общий зал, где дружно впилились в мужчин, упрекая тех в бездействии. Звучало «приличия важны, ну а если б нас поубивали там?», «вот стражники - хоть неумехи косорукие - всё одно бросились на помощь» и множество сходных упрёков, справедливых и не очень.

[center]* * *[/center]

— Что за ужасный день, — вздохнула Шантэй, выходя из бани на площадь с круглым прудом, где её уже ждали Аканэ и Ранма-парень. — Словно всё, что могло случиться плохого, напихалось в него.

— Теперь мы, по крайней мере, можем быть уверены, что хаппобатов больше не осталось, — утешила Сямпуль, выходя за ней следом.

— По окрестным островам ещё должны быть, — напомнила Шантэй. — Надо бы всех собрать. Заодно проветримся. Не хочу в городе оставаться, смотреть, как его перестраивать начнут... Вот думаю только - не стоит вещи сначала собрать?.. Вдруг этот... игрун в танчики великовозрастный на меня обиделся и решит прямо сегодня выселить.

— Ах, вот вы где! — воскликнул бывший мэр, появляясь из здания левее по кругу. — Уфф... — Он засеменил к полуджинни с друзьями. — Признаю, мы... не всегда ладили, но... Ты всегда защищала город от монстров, спасла наше сельское хозяйство от... ошибок бывших советников...

— И всё это - весьма задёшево, — искренне улыбнулась героиня. — А, не бери в голову. Всё образуется. Мы победим - вот увидишь!

— Я... — вздохнув, толстячок-коротышка порылся в тюрбане и вытащил на свет золотую с салатовыми вставками диадему. — Вот, возьми. Для победителя художественного конкурса берёг. Надеюсь, тебе пригодится: в ней есть какая-то магия.

— Это... — Шантэй приняла дар обеими руками. — Спасибо большое. Эта диадема учетверяет мою магическую силу. Не джиннскую магию, та особняком, но все заклинания, которые требуют маны. Огонь, молнии, облачка, зеркало. Дарует мне способность применять их без конца. — Она держала магический предмет бережно, почти с благоговением. Потом убрала в свой ки-карман.

— Не будешь надевать? — поинтересовалась Сямпунь, заинтригованная почему та так и осталась в фиолетовой бандане с белым черепом.

— Слишком мощная штука, — объяснила Шантэй, когда Трепотняк ушёл, хоть и не воспрявший духом, но куда менее подавленный.. — От неё моя мана начинает пузыриться, словно газировка. Презабавное ощущение - первый час или вроде того. Потом только отвлекает и щекочется. А главное - ману она восстанавливает не как источник, а силой вытягивая из меня же. После пары часов такого восстановления - начинаешь себя чувствовать, словно тебя высосали через соломинку. Я только-только от магического перенапряжения оправилась - и могу теперь сказать, что это оно и есть!

— То есть, эта диадема - стимулятор, вроде анаболиков? — уточнила Сямпунь. — Ну, алхимия есть такая, позволяет сражаться, не чувствуя усталости - но на следующий день мышцы мстят страшно, припоминая всё.

— Поразительно точное описание, — ответила Шантэй. — Поэтому - только для былинных битв и сложнейших подземелий, которые надо пройти ради высокой цели. Иначе - стрельба из пушки по воробьям.

[center]* * *[/center]

Примчавшийся тинкербат едва не был прибит: лишь в последний момент рассмотрели, что этот - нормальный, а не хаппобат. Чёрный мосластый в красных шароварах размахивал руками, изображая пантомиму «следуйте за мной». Пошли за дёрганым существом, шарахающимся от местных представительниц прекрасного пола. Те смотрели волком, явно не настроенные разбираться в сортах говна. Одна бабища со скалкой даже заставила всю процессию ускориться, когда провожатый сдриснул от неё, только пятки сверкали.

Привёл к складу на набережной, где наблюдалась непонятная движуха: тинкербаты, боеприпасцы и местные грузчики тащили какие-то ящики в разных направлениях, кто-то с кем-то самозабвенно ругался, Барракуда Джо их пытался мирить, крокодил в спецовке крутил гаечным ключом какую-то контрапупину....

Провожатый тинкербат растворился в этом хаосе, словно его и не было.

— Это что тут у них? — полюбопытствовала Ранма.

— Никогда такого не видела, — призналась Шантэй. — Чтобы так вот, совместно...

Внутри склада царила ещё большая неразбериха. Не сразу заметили в углу стол, где над чертежами-синьками склонились Боеприпас-барон, Риски Бутс и какой-то двуногий крокодильчик в высоком механическом шлеме с глазами-фарами. Вокруг крутился Мимик, временами с мудрым видом давая советы. От него или отмахивались «не встревай со своим любительским мнением», либо признавали «а дед-то голова!». Под потолком плавал Гипно-барон, недовольно бурча что-то.

— А вот и джинн-страж пожаловала! — заметил прибывших тёмный чародей.

Группа интересных личностей оторвалась от чертежей, уставившись на полуджинни.

— Вот она-то нам и принесёт! — с торжеством заявила королева пиратов.

— Прошу прощения?.. — опешила Шантэй.

— Кто, танцовщица? — не поверил крокодил.

— Иди туда, не знаю куда - да принеси нам все четыре элементальных камня! — скомандовала Риски. — А не то будет худо.

— С чего это она вдруг раскомандовалась? — подозрительно спросила Сямпунь.

— Это с какой это стати? — стряхнула ступор Шантэй.

— Ну, ты же хочешь могучий ствол за твоей спиной, — вкрадчиво - соблазняющим тоном спросила Риски, с улыбкой наклоняясь вперёд.

— А... К-ха... — опешила полуджинни. — А... Как бы выразить согласие так, чтобы без пошлых двусмысленностей... Принесу, принесу!.. Не надо на меня так смотреть! Пошли, ребята!

— Постой - ты что, на неё работать собралась? — возмутилась Аканэ. — На побегушках?

— Прошлый раз, как Риски получила все четыре камня - она построила гигантского робота, — объяснила Шантэй. — Которого я еле расковыряла. И то лишь потому, что обезьянкой внутрь пролезла, да все камни повыковыривала. Совместными усилиями эти четверо... Даже подумать страшно, что за механическое чудовище они построят, неуязвимое и с бесконечным запасом энергии!

— Тогда почему? — не могла понять Аканэ, стараясь угнаться за подругой.

— Потому что против Владыки Пиратов - любая помощь может стать разницей между победой и смертью. Будущее изменилось невозвратно, той пушки, что в тот раз помогла мне победить - больше не будет.

— Против конца света - нет врагов, есть лишь союзники? — уточнила Сямпунь. — Мудро.

— А если они потом против нас повернутся, все четверо, — прагматично продолжила Шантэй, направляясь к городским воротам, — то худшее, что может случится - это неуязвимое механическое чудовище с бесконечным запасом энергии. После Владыки Пиратов - ха. Тьфу.

За городскими воротами повернули направо - по следам гусениц. Оставив поля по левую руку, углубились в изобилующую тыквами и колючими кустами пустошь. Монстров не попадалось, зато попадались кучки костей и прочего мусора. Угадайте с трёх раз. Когда Аканэ успела запариться, а Сямпунь - пожалеть, что не умаслилась ещё раз - началась настоящая пустыня, с песчаными дюнами и редкими кактусами. Шантэй целеустремлённо бежала вперёд сквозь палящее марево, словно не замечая жары. Ранма старательно делал вид, что ему всё нипочём. Двоим невестам песок жёг босые ноги. Сямпунь старалась разбросать пышные волосы по плечам, прикрываясь от пекущего солнца. Аканэ потела, но пёрла вперёд.

Следы гусениц ушли влево, Шантэй свернула правее и продолжала углубляться в пустыню. Всякие намёки на зелень давно скрылись в палящем мареве за волнистым горизонтом.

Обогнули изъеденные временем руины. Пробежали мимо здоровенного красного скорпионо-кентавра в тюрбане, бродившего, презрительно скрестя мускулистые руки.

— Куда хоть спешим? — поинтересовался Ранма.

— Так к дальноскопу же! — «объяснила» Шантэй.

И - дальше, через жгучие пески.

Когда Аканэ начало уже казаться, что мозги закипают и язык мумифицировался во что-то наждачное, а движения Сямпунь потеряли кошачью гибкость, став тяжеловесными, с резким выдёргиванием ступней из горячего песка - полуджинни остановилась, наконец. Станцевала - и обернулась гарпией.

— Простите, — обернулась к друзьям голубая девушка-птица. — Туда только я забраться могу. — Она указала куда-то в небо. — Кого-то ещё - даже от земли оторвать не осилю.

— Вполне в своём репертуаре, — до преувеличенности нейтральным тоном прокомментировала Сямпунь.

— Не волнуйся, мы в тебя верим! — в пику сопернице поддержала Аканэ.

Гарпия примерилась взлетать.

— Погоди, погоди! — остановил её Ранма. — Вода есть?

Выхватив протянутую фляжку - выплеснул себе на голову, вызвав возмущённые протесты Аканэ. Споро повязала вытащенный из кармана топ от бикини. И... начала один из танцев Шантэй!

— Ты чего делаешь? — с недоверием спросила Аканэ.

— Гадство, не то выходит... — пробурчала рыжая, начиная танец заново.

— Бёдрами слишком плавно, — начала поправлять гарапия. — Резче. Скок с правой ноги на левую - тоже, пружинистей и резче. Это не лебедь плывёт, это обезьянка скачет. Мелкая и прыгучая!

Раза с четвёртого танец у Ранмы получился почти идеально.

— Ты потрясающе быстро учишься, — похвалила Шантэй, когда рыжая закончила четвёртый заход и пошла на пятый. — Но нам надо...

Не было никаких вспышек или спецэффектов, Ранма просто опала кучей пустой одежды, совсем как Сямпунь, когда превращается в кошку.

— Эээ? — выпучила глаза Аканэ.

— Кики! — выпросталась из штанов рыжая обезьянка.

— Дайте две! — загорелась энтузиазмом Сямпунь. — Это же за счёт проклятия да? У меня получится?

— Как ты... — опешила Шантэй. — Для этого же надо быть... Нет, погоди. Выходит, твоя проклятая форма - это магическое существо?..

— Ранма! — запаниковала Аканэ, вспомнив про голую обезьяну.

— Хммм? — с нездоровым энтузиазмом протянула Сямпунь, подходя к куче одежды и вороша её ногой. — Хотя... Трусов нет, топика нет. Ты что, и часть одежды с собой превратить смог?

— Ки, ки, ки, — самодовольно задрала нос обезьянка, прежде, чем ухватиться за чешуйчатую лодыжку Шантэй. — Ки?

— Нет, точно дайте две! — с завистью выдохнула Сямпунь. — В лепёшку расшибусь, но хотя бы этот танец выучу!

Шантэй подпрыгнула, частыми взмахами крыльев карабкаясь к плывущему в слепящем мареве неба квадратику.

Аканэ раздосадованно вздохнула. Опять эта фифа иностранная её обходит. Теперь будут с Ранмой двумя макаками по веткам скакать.

[center]* * *[/center]

Дремавшая в шезлонге Набики проснулась от перестука молотков. Сдвинула солнечные очки на лоб, задумчиво обозрела солдат в синих шинелях, строящих на краю пляжа какую-то решётчатую вышку - и глубокомысленно изрекла:

— Кажется, я проспала что-то, стоящее внимания.

[center]* * *[/center]

Колеблющийся в знойном мареве квадратик постепенно превратился в висящую в воздухе перевёрнутую пирамиду красноватого обожжённого кирпича. Шантэй взмахивала крыльями всё реже, пыхтя от натуги. Дыхание у гарпии оказалось частым-частым, с каким-то перестуком, словно моторчик мопеда. Но вот поравнялись с пирамидой. Та оказалась небольшой - метров пять всего. Посредине квадратной площадки, внутри кирпичной беседки, высился массивный медный телескоп на возвышенном ступенчатом основании.

Шантэй в изнеможении плюхнулась на край платформы, оборачиваясь обратно девушкой. И согнулась в три погибели, опираясь о колени и шумно дыша.

Ранма при этом тоже обернулась девушкой, неловко обнимающей её ногу. Вздрогнула - и отскочила так резво, что едва не сверзилась с платформы.

Повезло, если подумать. Как обратно превращаться - он совершенно не подумал.

«Кто здесь?» громыхнул голос, идущий отовсюду сразу.

— Это я, — приветливо сказала Шантэй, с усилием распрямляясь и усмиряя дыхание. — Помнишь?

«Как же, джинн-страж. Помню, — пророкотал голос. — Умершая и возвращённая к жизни магией джиннов?.. Мир воистину полон чудес. Но чисты ли твои намерения на этот раз?»

— Ээ... — замялась Шантэй. — Нуу... На этот раз у нас со злодеями перемирие - но это из-за Владыки Пиратов. Он...

«Можешь не продолжать, — мрачно остановил её оправдания голос. — Владыка Пиратов - зло первородное, не существует героев, способных побороть его в одиночку»

Полуджинни озарил яркий свет, словно просвечивая насквозь - если бы внутри неё клубилась задорная сиреневая дымка.

«Можешь заглянуть в меня,» разрешил голос.

Полуджинни прильнула к окуляру:

— Сначала - Камень Капели...

Основание крутнулось вместе с ней, при этом труба телескопа изогнулась странным образом.

— О! Знакомая фабрика! — возмутилась Шантэй. — И уже работает!.. Так, Ранма, запоминай давай. Камень капели - Русальи водопады, дальняя производственная линия. Запрятан в третьей бочке правого штабеля.

— Третья бочка правого, — откликнулась та. — А он внутрь, что-ли, видит?

— Не отвлекай, Дальноскоп видит везде. — Основание повернулось левее, труба изогнулась сильнее. — Так, Големий камень - Големья шахта. Надо же, на том же самом месте!.. Ладно, потом расскажу. Искристый камень. — Основание провернулось ещё дальше влево, труба немного вытянулась. — О! Снова удача. Запоминай: Остров Обморожения, примёрз к хвосту Стального червя. Так... Камень пекла...

Основание на этот раз крутилось туда-сюда довольно долго, пока не остановилось. Труба дальноскопа извернулась невозможным образом, от одного взгляда на эту загогулину у Ранмы заболели глаза.

— Ох... Голос Шантэй дрогнул. Это... Очень неудачно. Ранма, запоминай внимательно: Камень пекла - в Зиндане страданий, второй отвилок влево перед логовом Дакрона. Проваливающийся камень посреди озера кипящей смолы. Запомнил?.. Проваливающийся! И расстояние до берега там такое, что только я - гарпией, или ты - допрыгнешь. Любой другой, помимо нас - сварится ни за грош. А ещё, хватать надо с одной попытки. Иначе утонет - и всё.

— Второй отвилок перед логовом, проваливающийся камень посреди кипящей смолы, есть одна попытка, — повторила рыжая. — А что за «Зиндан страданий» такой? Слово какое-то...

— Это архаичное слово, — пояснила Шантэй, отрываясь от окуляра. — Означающее «Ад». Что в свою, очередь - иносказание для «Ад».

Похоже, какая-то игра слов пала смертью храбрых в процессе перевода.(прим. 1)

— Реальный ад? — поразилась Ранма. — Без дураков?

— Сможешь нас туда переправить? — обратилась полуджинни к дальноскопу.

«Увы, лишь тварный мир доступен мне, — с досадой пророкотал голос. — Духовные царства для меня запретны, из них загробный мир - особо»

— Теперь — точно знаю, что настоящий, — с трепетом сказала Шантэй. — Раньше... Догадывалась, но не хотела верить. Учитывая, что там Роттина душа в предбаннике болтается, а ещё - одна троица азартных игроков... Которые, строго говоря, страшные грешники...

— Роттина... душа? — ошалело переспросила Ранма.

— Тссс, не проболтайся! — в ужасе прошептала Шантэй. — Я не должна была тебе этого говорить!

— Нем как рыба, слово чести даю, — пообещал Ранма.

— Я за неё, в основном, боюсь, — объяснила Шантэй. — С неё станется, прознав об этом, учудить что-нибудь феноменально необдуманное.

— Эта... зелёненькая, ты про неё много в своём дневнике писала? — уточнила рыжая. — Понятно тогда, что за личность. Ну, пойдём... — Она бросила взгляд на дальноскоп. — Хотя погоди, есть одна идея...

«Ты тоже сможешь заглянуть в меня, если намерения твои чисты, — провозгласил артефакт. — Но сначала я должен заглянуть в тебя

— Надеюсь ты имел в виду в моё сердце, душу или вроде того? — моментально набычилась Ранма.

Шантэй фыркнула, пытаясь удержать смех. Не удержалась, прыснула.

— Чего? — хмуро обернулась к ней рыжая.

— Ничего-ничего. Просто... Ты в точности повторил мои слова. Ну, когда он спросил меня то же самое.

«Конечно, именно это я и имел в виду, — обиделся голос. — Устал уже от ваших инсинуаций. Каждый раз, как герой - отроковица, повторяется одно и то же»

— Дык кассету-то смени, — посоветовала рыжая. — Говори прямо: «должен заглянуть в твоё сердце». А то так и будут, ага. Отроковицы - они создания трепетные, пуганые: им всяк норовит это самое.

Шантэй знала, что не должна смотреть, что это - личное, но не смогла удержаться. Оказалось - внутри Ранмы теснились весёлые ёжики. Прыгали, спарринговали, ершились колючками, выполняли сложные ката, подбрасывали друг друга в групповой акробатике. Причём некоторые красовались квадратной, небритой, «настоящий мужык» челюстью. Другие - криво намалёванной на губы помадой и аляповатыми бантиками. Иногда - и тем, и другим сразу. Бр-р-р.

«Тот ещё прощелыга, но намерения твои чисты. Можешь заглянуть в меня,» пророкотал дальноскоп.

Рыжая примкнула к окуляру. Основание даже не повернулось - зато начала вытягиваться труба. Всё длиннее, длиннее, уже гораздо длиннее, чем могла вместить беседка - и продолжала вытягиваться. У Шантэй глаза заболели от такого невозможного зрелища.

— Ага, вижу! — воскликнула Ранма. — А чего муть такая, словно телик в глухой деревне, на антенну из консервной банки?

«Твой дом - очень и очень далеко, — пояснил дальноскоп. — Обычно иные реальности недоступны для меня, но эти две оказались сцеплены сказками»

— Сцеплены сказками? — заинтересовалась Шантэй, пока Ранма хихикала над чем-то, прильнув к окуляру. — Это как?

«Реальности обычно не связаны между собой и даже течение времени в них независимо, — объяснил дальноскоп. — Но иногда их сказки приходят в зацепление... Сказки - это связи метафизического порядка, когда сказочник из иной реальности ухватывает суть героя или злодея, и воплощает в книгу, которой зачитываются тысячи тысяч. Иногда сказки двух реальностей, написанные в третьей, могут войти в зацепление, создав связь между реальностями, привязав их потоки времени друг к другу. Тогда обитатели одной реальности - обычно, тот самый герой, о ком сказка - могут шагнуть в другую. Такая ситуация называется «кроссовер». Случаются и казусы иного рода, когда читателя из реальности сказочника затягивает в реальность сказки. Такие ситуации называются «сельф-инзёрт»»

— Ух ты! Так я могу быть героиней сказки! — поразилась полуджинни.

— Чего? — оторвалась от окуляра Ранма. — Я, выходит, былинный герой?

«Не одной, а целой серии, — уточнил дальноскоп. — «Шантэй», «Шантэй и месть Риски», «Шантэй и проклятие пирата», «Шантэй, героиня-полуджинни», за авторством четы сказочников, Мэтта и Эрин Бозон. Там должны быть и ещё, но я их не вижу из-за неожиданного расхождения в конце последней... Ты же, о интересная личность - герой всего одной сказки, но зато издававшейся целых двенадцать лет: «Пол Ранмы» за авторством сказочницы Румико Такахаши. Или Такахаси Румико, по вашему»

— Вселенная, таит ещё столько секретов, — улыбнулась полуджинни, качая головой в потрясении. — Восхищает и ужасает одновременно. — Она раскинула руки, закинула голову и выкрикнула на весь белый свет: — Я люблю этот мир! Спасибо тебе, Господи, что создал его, со всеми его светом и тьмой, со всеми его красотой и уродством, сияющий плетением бесчисленных судеб, словно филигранная драгоценность, невообразимый, словно... Аааах! — Не в силах выразить переполнявшие её чувства словами - закружилась в танце, стремительном и плавном, столь сложном, что Ранма аж крякнула от восхищения её Искусством.

И танцевала минут десять, наверно, пока не остановилась с улыбкой.

Мир раскинулся под ногами от горизонта до горизонта, в свете и дымке. За рябью песчаных дюн и маревом пустынного воздуха виднелась синь моря к югу и синь озера к северу, серо-синие от расстояния просторы лесов к западу. Ещё дальше - вершины гор и островов.

— Ну что, спрыгнем? — предложила Шантэй, заглядывая вниз через край платформы. В голосе её так и сквозила кипучая энергия.

— А не высоковато для тебя? — забеспокоилась Ранма. По его представлениям, для спрыгивания с больших высот нужна была его сила, не меньше, чтобы не убиться при приземлении.

— Не-а, тыщу раз уже так делала! — отмахнулась танцовщица. — Так ты не против?

— Валяй, — согласилась рыжая.

Взяв короткий разбег, полуджинни с боевым кличем прыгнула в пустоту. Перекувырнулась пару раз - и канула вниз, широко раскинув руки и ноги. Её весёлый визг быстро стих вдали.

Ранма пожала плечами и спрыгнула следом. Сколько тут до земли было - километр?

[center]* * *[/center]

— Я вот как предлагаю, — излагала Шантэй собравшимся у пруда друзьям. — Я иду в Зиндан страданий за Камнем пекла, Ранма - в Големьи шахты, за Големьим камнем...

— А я? — встрял Боло. — Я тоже хочу сделать хоть что-нибудь полезное!

— Тогда отправляйся на Русальи водопады за Камнем Капели. Там всего-то делов - прокрасться и умыкнуть, камень почти на виду лежит.

— А четвёртый? — спросила Набики, уже переодевшаяся в рабочую одежду археолога.

— Там немного сложно. Искристый камень - на Острове обморожения, примёрз к тамошнему боссу, который внутри подземной заброшенной фабрики. Но я прошлый раз попала внутрь через дырку, пушкой пробитую. На этот раз придётся искать вход. Где-то же он должен быть!.. Скай, справитесь с Ренчем?

— Ну... думаю, да, — неуверенно отозвалась блондинка. — Но остров «обморожения»?.. Надо будет взять пару шалей. Надеюсь, там не слишком холодно для Ренча.

Боевой попугай ответил горделивым клёкотом: мол, мне какой-то холод нипочём.

Полуджинни рванула было к причалу, заявив «Я аж вся в нетерпении», но была поймана за волосы Набики, которая заставила провести нормальное планирование с записыванием подробностей на бумажку, черчением схем и отмечанием крестиком на карте - чтобы Ранма эти самые Големьи шахты нашёл, а не сунулся вместо них, скажем, в Курган каклеров.

Но после этого - удержать героев не смог бы никто.

Сямпунь, так и оставшаяся щеголять в одном бикини - со стратегическим прицелом, не иначе - навязалась с Ранмой, не поленившимся найти горячей воды. Аканэ моментально сдетонировала и увязалась с ними. Оставалось надеяться, что там не будет водных преград.

Боло умчал на эти самые водопады пешком.

Остальные тоже засобирались.

[center]* * *[/center]

Прим. авт: Вот мы и добрались до серии обязательных «почтовых» квестов перед финальным боссом.

(прим. 1): она сказала «земляная тюрьма». Но в японском языке «ад» и есть «земляная тюрьма».
User avatar
chebmaster
Site Admin
 
Posts: 823
Joined: 06 Apr 2013, 13:38

Re: Танцуй-танцуй заварушка (кроссовер)

Unread postby Parovoz » 06 Dec 2020, 16:39

Ох, чую - Сямпу тоже что-нибудь из танцев освоит (ожидал, что она кошачьей формой воспользуется). И великий-и-косастый Ранма наверняка на обезьянке не остановится, станет ещё более многоликим.
Задорно.
А про сказки и кроссоверы вообще улыбнуло.
User avatar
Parovoz
 
Posts: 476
Joined: 07 Apr 2013, 00:06

Re: Танцуй-танцуй заварушка (кроссовер)

Unread postby chebmaster » 02 Jan 2021, 21:23

Ооо, то-то ещё будет. Ведь Риски обязательно прознает про сказки и кроссоверы :haha:
А там в каноне и специалист по четвёртой стене под рукой.
User avatar
chebmaster
Site Admin
 
Posts: 823
Joined: 06 Apr 2013, 13:38

Re: Танцуй-танцуй заварушка (кроссовер)

Unread postby chebmaster » 03 Jan 2021, 21:42

Эта история относится к фанфикам. Будучи таковым, она в неоплатном долгу перед создателями используемых ниже персонажей: Румико Такахаси, Мэтт Бозон, Эрин Белл Бозон, творческие команды Kitty Films и WayForward.

[center]* * *[/center]

Глава 16,
Кто видел ад? Ты видел Ад?


Шантэй собиралась самую трудную часть взять на себя, не до конца уверенная, что друзья вообще увидят вход в потусторонний мир, а если увидят - то смогут там сориентироваться. И вообще, в жизни не собиралась никого туда слать. Только сама. Три сложнейших, смертоноснейших подземелья, которые надо пройти одно за другим - а потом пройти в обратном порядке, и это - при том, что целебных зелий - кот наплакал. Казавшийся таким большим запас, когда растянули на всю тусовку - вышел вдруг крошечным, а тут ещё деньги начали кончаться, внезапней обычного, а до зарплаты - недели две ещё, и поисками сокровищ заниматься некогда. В результате, за камнем пекла - только сама. Ну, ещё Ранма мог бы, но тот уже ускакал с невестами в Големью шахту.

Боло тоже убежал на Русальи водопады, Скай и Шантэй торговались с рыбаками, нанимая два баркаса...

И тут вдруг планы пришлось менять! Заявилась Риски Бутс на пару с Гипно-бароном и оба потребовали, чтобы Шантэй вот срочно - ноги в руки - отправлялась на остров Линии загара, глушить неожиданно ядрёный источник тёмной магии там. Если не хочет иметь дело с Владыкой Пиратов, пробудившимся уже к вечеру.

Просто беда!

Полуджинни заметалась было, не зная что делать, кого послать на опасную миссию. Стала в спешке вспоминать, как там… И вспомнила-таки, что в Деревню потерянных душ просто так не войдёшь. Надо найти на острове Паутины ритуальную маску смерти, которую тоже не просто надеть, а чтобы Боло её сначала выколупал из куска окаменелости… Как в прошлый раз справилась-то?..

По любому выходила задержка.

В финале всех метаний, на остров Паутины за маской отправились кто попало - то есть, Набики и Гнилушка. Шантэй же отправилась на остров Линии загара, комкая в руках слегка обгрызенную карту. Нетренированная, ни разу сама на приключения не ходившая Аканина сестра, чьи умения появились из ниоткуда волшебным образом - тут кто хошь за неё изведётся. А Гнилушка, конечно, местность знает - но из неё порой такая помощница... С зелёной девицы станется столько дополнительных приключений найти, что обеим выше головы хватит.

Вот и переживала Шантэй, грызла мимодумно, что под руку подвернётся.

[center]* * *[/center]

— По крайней мере, больше не придётся маяться от жары, — заметила Набики, решительно вылезая на пирс и осматриваясь.

Издалека, с моря, остров Паутины скрывал размытый ореол серого тумана, словно клок плохой погоды, застрявший посреди солнечных тропиков. Изнутри, как и ожидалось, царила промозглая сырость, пасмурное небо сеяло мелкой моросью. Лодочник поёжился, натягивая какую-то хламиду поверх своей легкомысленной жилетки на голое пузо. Потом натянул над баркасом брезент и спрятался под ним, словно в палатке.

— Тут всегда так.. облачно? — уточнила Набики, поправляя мокрую шляпу. Скалистый остров весь зарос лесом. Если под открытым небом было сумрачно, то под деревьями - откровенный полумрак.

— Ну… ночами может развиднеться, — откликнулась Гнилушка, оживая на глазах. — Особенно лунными. Но ночью тебе сюда лучше не соваться. Ты слишком… — Она окинула Набики оценивающим взглядом — ..съедобная.

— До вечера задерживаться я не планирую, — ответила средняя Тендо, осторожно ступая под деревья. — Как там? Прямо, через холм, который слева от причала, потом вдоль по первой же расселине до огромного дерева, которое из неё растёт, по ветвям на правую сторону - и там саженей полтораста, не пропустим?

Она сосредоточилась на своих знаниях археолога, но ничего не обнаружила. Лес как лес, под редко растущими деревьями - земля, сплошь заросшая пучками мясистых листьев по щиколотку, тут и там - пышные соцветия красных цветов. Единственное рукотворное сооружение - маяк, невысокая башенка обветренного кирпича цвета глины. Под стоящей на тонких опорах луковицей крыши бесшумно пляшут языки мистического голубого пламени.

— Вроде, было в ту сторону, — неуверенно показала рукой Гнилушка. — Климат тут - просто курорт, мы с братьями иногда бываем, поправить.. здоровье. Но в остальном - скука же полнейшая! Эти, из замка - зануды, достопримечательности - за пол-месяца приедаются. И дальше делать совершенно нечего. Покрытие паутины, конечно, зверское - но нельзя же всю смерть провести, залипая в сети!

Должно быть, то же самое, что «залипать на телефоне», подумала Набики, вспомнив про способности зомби. А паутина для них - аналог нашей телефонной сети. Вслух же спросила о насущном:

— Что тут водится? Живность, не-живность?

В полумраке под деревьями царила тишина, нарушаемая лишь еле различимым шёпотом мороси по листьям. Стылый воздух пах гнилостью - вроде, как, прелой листвой, но слишком уж насыщенно.

— Ну, зомби дикие, — начала перечислять Гнилушка. — Скучные - тьфу, не стоят того, чтобы на них кофе тратить. — Но они только ночью вылазят, днём закапываются… Вон, видишь, макушка торчит? — Она указала пальцем на что-то зелёное, сморщенное, выглядывающее из прелых листьев. Набики тут же ощутила себя, словно на минном поле, с утроенной бдительностью вглядываясь под ноги. — Привидения разные - тоже по ночам. Пауки…

— Как те, ядом плюющиеся? — уточнила Набики.

— Не, те - мелкие, — легкомысленно отмахнулась зомбяшка. — Тут водятся средние, большие и очень большие. Они ядом не плюются, сеть натянут - и высиживают. Но их рассадник дальше, в чащобе, которая выше в гору. Нам туда не надо, к сожалению.

— К сожалению? — подозрительно спросила Набики, всё внимание - под ноги. Тут - из листьев торчит чья-то зелёная грабка без половины пальцев, там - невинный пучок травы оказывается и вовсе не травой, а чьими-то зелёными вихрами. Весь этот каменистый холм, похоже, был начинён зомби, словно булка - изюмом. Один неверный шаг - и… И что? С какой скоростью они хватают, с какой откапываются? А заметить их торчащие вершки в полумраке, где цвета начинают превращаться в серый - весьма непросто.

— Ну я ж говорила, покрытие - зверское, — объяснила Гнилушка. — Хотя да, можно в самом буквальном смысле залипнуть, если лопухнёшься. До некоторых же паучил только с третьего раза доходит, что зомби - несъедобные. Хотя, казалось бы, бок о бок живут! Вот, помню, из-за одного такого мне левую ногу лишний раз менять пришлось. Весь свой яд на меня извёл, дурачина!

Набики невольно представила, как паук размером с пони изводит весь яд - который на самом деле желудочный сок - на неё. Ещё раз нутром осознав, что профессия искателя приключений - очень, очень опасная. Например, разжижением изнутри.

Но не сдаваться же?

Прокрались успешно через холм - то есть, Набики прокралась, ощущая, что ей это стоило дня жизни, не меньше. Ротти беззаботно дефилировала вперёд, только что не вприпрыжку, совершенно не глядя, на кого там наступает.

Спустились в овраг, постепенно превратившийся в расселину, зажатую отвесными скальными обрывами. И вот тут уже стало по настоящему темно, до того, что стало трудно различать цвета. Пара поворотов - и вот впереди высится ствол масштабов хорошей такой секвойи. Опознав его, как дерево, по ветвям которого надо залезть наверх, Набики примерилась. Ага, при таком расстоянии между сучьями - тут только с прыгучестью Шантэй можно «залезть в два счёта». Пожала плечами, размотала кнут, захлестнула за нижний сук, даже не задумавшись, как это сделала. Подёргала - вроде, держится. А Гнилушка-то как?

Ухмыляясь до ушей, зомбяшка оторвала себе голову, примерилась, словно баскетбольный мяч бросала - и зашвырнула куда-то наверх, двумя сучьями выше. Через секунду вокруг безголового тела выметнулись костяные руки - и утянули, словно под землю. Но следа на земле не осталось.

Пожав плечами, Набики полезла вверх по хлысту. Который был совсем не канат. Врезался в ладони, врезался в ноги даже сквозь плотные штаны. Пыхтя, вылезла на толстенный сук - а впереди таких было ещё пять или шесть.

Но не сдаваться же?

На третьем суку, когда руки уже подрагивали, а расстояние до земли увеличилось до «перелом будет сложный», на неё внезапно выскочила страхолюдная призрачная харя, подсвеченная сбоку свечкой в коротенькой лапке и только благодаря этой подсветке различимая.

Волосы дыбом, Набики каким-то чудом смогла шарахнуться назад, к стволу, не свалившись и не затянув, а наоборот, ослабив кнут, чтобы размотался. Шарообразный призрак со свечкой в ручном подсвечнике попёр на неё, заставляя пятиться дальше. Наконец, кнут размотался, она смогла хлестнуть - из неловкой позиции, послав волну снизу вверх. Резкий щелчок по страхолюдине… Которая даже не дрогнула, удар прошёл, как сквозь пустое место!

Один миг, и под лопатками - бугристая кора ствола, ледяное дыхание прозрачной пасти в лицо…

Призрак резко просел, припечатанный по темечку прилетевшей головой Ротти. Выскочившая под собственной головой зомбяшка оторвала себе ногу, замахнулась - и приложила призрака от души, держа конечность за бедренную кость, словно дубину за ручку. Тот скуксился и размотался на ленточки, растаяв в воздухе, когда упавшая свечка перестала его подсвечивать.

— Ты… удваиваешь силу удара... — озвучила своё наблюдение глотающая воздух Набики, — за счёт того, что сгибаешь ногу в момент удара?

— Вот! — восхитилась зелёненькая, демонстративно сгибая и разгибая отделённую от тела ногу. — Ты - первая, кто догадался! Шантэй - никогда не замечает. — Она вставила ногу обратно - это, естественно, оказалась та, что со скрепками вокруг бедра. — Но чего он днём вылез? Оттого, что тут сумрачно? — Оторвав себе голову, зелёная девушка снова запулила ею куда-то ввысь и была такова.

— Себе на заметку, — пропыхтела Набики, примериваясь к следующему суку. — Спросить у Шантэй, как они бьют такую нематериальную гадость. Хотя - кого я обманываю? Она наверняка не подозревает о подобных трудностях. Либо ки, либо её магия, либо ещё что - и выяснится, что она их с детства просто волосами.

Долгое, трудное, выматывающее нервы восхождение - аж вспотела, невзирая на холод - было вознаграждено... Ещё одной страхолюдной рожей, высветившейся в нависающей кроне. Рванула - и откуда только силы взялись - перепрыгнув на вершину скалы. И припустила на подгибающихся ногах. Взгляд через плечо - призрак как раз задувал свечу. Та погасла - и он исчез, более не подсвечиваемый. Уже устал преследовать?

— Эти не любят далеко от нычки своей отходить, — подтвердила догадку Гнилушка.

Чуть дальше в лес - и двое достигли цели своего похода. Неглубокая промоина обнажила свод подземного хода - внутри которого искомая маска, по всей видимости, и покоилась.

Одна махонькая проблемка: каменные плиты свода, потрескавшиеся и искрошившиеся, всё ещё оставались каменными плитами. Сдвинуть с места - тут не две девушки, тут подъёмный кран нужен. В щели между плитами ладонь - пролезала, но Роттина голова - нет.

— Как Шантэй-то внутрь проникла? — раздосадованно бросила Набики, пытаясь заглянуть внутрь. — Не отвечай, это был реторический вопрос. Либо слоном проломила, либо мышью пролезла.

— Похоже, придётся искать, куда этот ход ведёт, и лезть оттуда, — легкомысленно предложила Ротти.

Набики сосредоточилась на умениях археолога. Направо ход углублялся в монолит холма, налево... Налево виднелся край какого-то ущелья.

— Нам туда, — уверенно указала.

— О! — оживилась зомбяшка. — Через весёлую часть леса, значит!

Набики от такого энтузиазма продрало холодом по хребту.

[center]* * *[/center]

Вырубленные в блескучем, стекловидном камне проходы озаряло тусклое оранжевое свечение, идущее от неровных пятен искрящегося, светящегося камня и от пузырящейся, исходящей жгучим жаром лавовой реки, текущей несколькими уровнями ниже.

— Сямпунь, ты же должна была остаться синей, — устало отмахивался светящийся синим Ранма, пытаясь отлепить от себя скудно одетую, светящуюся красным девушку. При этом не хватая её где не надо. Задача осложняласть тем, что за какое место ни возьми - там окажется голое тело, а магический магнетизм притягивал их, противоположно заряженных, друг к другу. Всё равно, что два магнита разлеплять, если другой магнит - фигуристая девушка, неубедительно изображающая попытки рассоединиться.

Светящаяся синим Аканэ под боком, с давно подёргивающимся веком, душевному спокойствию совершенно не способствовала.

— Я примагничу! — в конце концов фыркнула немиленькая, подходя к прорези в полу и начиная вести за собой красный, притягивающийся к ней сундучок — Ага... вот... вот... Ай! Ааа, па.. ма.. ги.. те.. е.. е..

Подкравшийся двуногий магнит-подкова притянул её - потому что, конечно же, это оказался красный - обхватил обеими руками и начал энергично трясти, словно бутылку с молоком взбалтывал.

Рывком-кувырком отлепившись от Сямпунь, Ранма отпнул магнитообразного монстра. Тот попытался отпрыгнуть и атаковать сверху, но примагнитился к противоположно заряженному Ранме, был бит, рассыпался на кусочки и угас, утратив заряд.

— И хватит уже, правда, — продолжил косатый, осторожно обходя Аканэ, чтобы сила отталкивания между ними не столкнула ту в пропасть. — Один раз - можно было поверить, когда ты со стены сорвалась. Второй раз - что поскользнулась - уже с натяжкой. Но ты потом два раза споткнулась на ровном месте, а потом вообще наступила на острый камушек.

— Но он и правда был острый, — китаянка в бикини изогнулась, балансируя на одной ноге, протягивая ему ступню. — Вот. Очень чувствительное место.

— Ага, верю. — Ранма скептически скрестил руки. — Аж два раза. С твоими лужёными ступнями - оно конечно, чувствительно. Особенно после того, как ты босиком через каменистую пустыню с колючками пробежала, танцуючи. И намагничена в противоположную от меня полярность ты оказываешься ну чисто случайно, хотя завесы эти намагничивающие - попробуй обойди.

— Когда она успевает-то? — поддакнула Аканэ.

— Ладно, пошли, — вздохнул косатый, нагибаясь в боковой колодец за притянутым туда магнитным сундучком и извлекая из него ключ.

— Зачем вообще вешаться так пошло? — Аканэ потопала дальше, задрав нос. — Не пойму я тебя. — Зевнув ловушку, получила по ногам выскочившим из пола пучком пружинных лезвий, уже в запоздалом кувырке-перекате. — Уй... — Сев прямо, подтянула к себе ноги, стала осматривать икры. Ничего серьёзного, отделалась рваными штанами борцовки и парой неглубоких порезов. — Как будто это что-то решает.

— Фе, наивная! Может быть, потому, что «Ранма, я ношу под сердцем твоё дитя» - это автоматическая победа? — Сямпунь выгнулась вызывающе. — Кроющая любые мезальянсы, договорённости и прочие объединения школ, словно бык хомячка? — Она нагнулась к Аканэ, угрожающе глядя той в глаза. — И не надейся, что буду откладывать до победы. Мы по любому справимся раньше, чем проявятся любые последствия беременности.

— Как будто он купится на такие... Такие... Дешёвые трюки! — пыхнула Аканэ, густо краснея.

— Сразу видно, что ты рыбу никогда не ловила, — отмахнулась Сямпунь, направляясь дальше по вырубленному в скале коридору, гибко покачивая бёдрами. — Терпение и труд - всё перетрут! И ещё раз терпение. Подводишь, манишь, усыпляешь бдительность, а потом - раз! - подсечка.

— Эй, я, вообще-то тут, — возмущённо напомнил Ранма, следуя за ней но старательно отводя взгляд.

— Да куда ты денешься, — чарующе улыбнулась Сямпунь, обернувшись назад вполоборота. — Рано или поздно расслабишься, зевнёшь - и хоп. — Она сделала хватательное движение рукой. — Кошечка тебя сцапала своими коготками.

Косатый поёжился.

[center]* * *[/center]

Ущелье оказалось длинной пещерой с обвалившимся потолком. Уклон стен - издевательски отрицательный, рваными уступами глубже от края. Не оставалось другого выхода, как идти вдоль этого провала, искать где можно спуститься.

Пришлось красться через рощу вековых дубов, по стволам которых ползали странные зелёные твари с шипастыми фиолетовыми панцирями, норовящие съехать зазевавшемуся путнику на голову. Пролезать, затаив дыхание, сквозь ячейку гигантской паутины под застывшим взглядом одноглазого паука размером с дом - и попробуй догадайся, спит это чудище с открытым глазом, или просто ленится, ждёт, пока добыча прилипнет. Потом пришлось отбиваться от диких зомби, которые, к счастью, отлично валились кнутом. Лихо сшибив голову одному и увернувшись от утопавшего прочь тела, Набики наступила ещё на двух, разбудив их. Попутно выяснилось, что выкапываются дикие зомби шустро, но увернуться вполне получается, если не зевать.

И только после этого удалось отыскать доступный спуск в подземную каверну, из которой тянуло гнилью и разложением. Облепившая все уступы растительность казалась серо-синей в густом сумраке.

Раздражённо зыркнув на Гнилушку, посетовавшую, что до самой интересной части леса не дошли - хоть и тут ничего - средняя Тендо спрыгнула на уступ ниже. Ну, что сказать? Полцарства за фонарь. Хоть за примитивную масляную лампу. Но - не взяли. Ни ламп, ни верёвок, ни кирок.

Прислушиваясь, внимательно изучая местность, Набики спрыгнула на следующий уступ. Здесь по узкой полочке вдоль скалы шла еле заметная тропка. Тут и там виднелись следы примитивных каменотёсных работ. Ниши углублены, спрямлены, кое-где прорублены ходы сквозь скальные выступы. На противоположной стене пещеры, за тонущим во тьме провалом в который улетали капли моросящего дождя, то же самое можно было разглядеть получше. Хлипкие деревянные мостки через некоторые провалы, надгробные камни, какие-то смутно белеющие в темноте статуи в доспехах.

И - мёртвая тишина, которую еле слышный шёпот дождя по листьям лишь подчёркивал. Ничто не двигалось, призрачных рож не выпрыгивало. Промозглая сырость, темнота да запах тления, усилившийся тут, в почти замкнутом пространстве. Оставалось лишь двигаться вперёд.

Тропка вывела на поросшую травой площадку, уставленную надгробными камнями - приземистыми, словно квадратные каменные столбики. Ни на японские столбы, ни на традиционные западные плиты с полукруглым верхом они что-то не походили.

— Странное, на первый взгляд, место для кладбища, — заметила Набики, просто чтобы прервать молчание.

— Ну нет, место, наоборот, хорошее, — не согласилась Гнилушка. — Приятственное. Вот кто в норках сидит...

— Сидит, значит. — Набики обвела взглядом очередное минное поле. Которое надо было пересечь: тропа продолжалась за ним. Надписи на надгробиях были, вроде бы, на местном языке, но читались, как полный бред вроде «Непокойка некатись-ка залежайка мимокрыска» и тому подобного. Вычленить какую-либо закономерность не получилось.

Начала красться через маленькое кладбище, остро ощущая себя неумелой - полной бесшумности не получалось, по мокрой траве-то - и не знающей. Забыла уже, каково это - начинать с низов. Обленилась, выбирая те ситуации, где блистали именно её сильные стороны, а остальное - спихивая на кого попало.

Едва не проморгала, когда вместо выкапывающихся зомби один могильный камень вдруг приподнялся и шустро засеменил, сближаясь. Из под кромки поблескивали глаза.

Шарахнувшись, словно вспугнутая лань, Набики раскрутила кнут и хлестнула, уже споткнувшись, заваливаясь назад.

И попала точно в щель под надгробием. Противно визгнуло, камень-обманка хлопнулся обратно на землю, а она пребольно впечаталась задницей в подвернувшееся надгробие. Морщась, поразилась собственной ловкости. Всё-таки не совсем с низов. Умения одного киношного археолога - вполне себе на уровне. Просто не покрывают кучу всего, что только в магическом мире встречается.

И тут пришло внезапное осознание, что это не в отбитой заднице у неё дёргает, что это надгробие дёргается, на которое она по прежнему опирается, полу-сидя, полу-привалившись. У твари внутри просто не хватало сил приподнять её вес!

Задача: за секунды придумать, как выкрутиться. Просто встать - тяпнут за пятки. Пытаться отпрыгнуть - поза не та и упора нет, успеют тяпнуть за пятки. Остаётся...

Смотав кнут и зацепив на пояс, с неловкой позиции смогла взгромоздить себя задом наперёд на надгробие, приподнявшись на руках. Слава аэробике и упражнениям на растяжку. А дальше - примериться и прыгнуть, оттолкнувшись.

Прыжок вышел смазанным, чуть не навернулась лицом, отчаянно пропрыгав на одной ноге: надгробие оказалось неожиданно лёгким и от толчка опрокинулось!

В тёмном нутре копошилась помесь краба с мумией. Мелькнул истлевший полузамотанный бинтами череп, отчаянно мельтешащие лапки, похожие на обмотанные бинтами костяные пальцы - и тварь заныкалась глубже, не дав себя рассмотреть. Только глаза поблескивали.

— Интересный метод, — заметила Ротти. — Не лупить, а опрокидывать?.. Надо взять на заметку.

За следующим поворотом обнаружился деревянный мостик, ведущий на ту сторону провала. Где стояла одна из этих белых статуй, изображавших то-ли робота, то-ли самурая в шлеме. Бочкообразное туловище, кургузые ножки с явно выраженными шарнирами, единственный глаз в пол-лица закрыт веком.

— Это не статуи, это монстры, - заключила Набики. — Ноги - функциональные, стоит - подозрительно... Чего от них ожидать?

— Поцелоботы-то? — легкомысленно ответила Гнилушка. — Просто увернись, иначе засос выйдет глубокий. Но бить его не надо, сам убьётся.

Оторвала себе голову, зашвырнула вперёд по тропе за начало моста.

— Поцелоботы?.. Засос?.. — Набики подозрительно воззрилась на монстра. Тот продолжал стоять, словно статуя. Кнутом - не достанешь, бросить в него - нечего. Оставалось лишь задействовать ловушку.

Стоило поравняться с началом моста - монстр распахнул жёлтый глаз и понёсся на неё неуклюже-деревянным аллюром, вытянув грабки и громко поскрипывая. Губы его вытягивались трубочкой, с таким размахом, какой она только у Шарденов видала. Тут не засос, такой прицелуется - штукатурку со стены сдерёт!

Спешно раскручивая кнут, отступая задом в направлении, куда ушла Гнилушка - ударить Набики не успела. Рекомый «поцелобот» с разбега впечатался в скалу, отскочил, теряя детали, неуклюже дёрнул ногами и кувырнулся в пропасть с грацией бревна.

— И правда сами убиваются, — прокомментировала, дивясь дурости тех, кто такими штуками пользуется. Они же одноразовые, а хоть сколько-нибудь умелый боец от такого увальня с завязанными глазами увернётся!

Прикинула, сколько до цели. У неё никогда с пространственным воображением проблем не было, но сейчас - словно мысленная карта развернулась, со всеми разведанными ходами и даже предполагаемыми продолжениями корридоров. Вот как, значит, воспринимает подземелья тот, кто лет двадцать на их исследование положил? Не то, что заблудиться - пропустить малозаметный отвилок надо специально стараться.

Набики собиралась эксплуатировать это умение по полной.

А потом по тропе перед ними с Гнилушкой хлестнул толстенный корень, с бревно толщиной, усаженный толстенными шипами. Вздрогнув, Набики сбилась с мысли.

Гнилушка дождалась, пока корень вздымется снова - и прошла под ним прогулочным шагом, резко остановившись, когда ещё один такой же впечатался в землю перед ней.

— А это что за явление? — хладнокровно осведомилась Набики, видя, что немёртвая спутница ленится применять трюк с головой.

— Корни-давилки?.. — пожала плечами та, делая шаг вперёд, когда корень перед ней со скрипом поднялся, а тот, что перед Набики - ударил снова. — Сторожевые корни?.. Без понятия, как эти штуки называются, но они реально тупые. Лупят с неизменным интервалом, словно гвоздь заколачивают. Первый раз пробираться - приключение, тридцать первый - скукотища.

— Ага, — взяла на заметку Набики, наблюдая ритмическое движение корней. Они не только двигались предсказуемо, они ещё на долю секунды высовывались из скрывающей их листвы прежде, чем вдарить. Как раз достанет отшатнуться, если не зевать. Но если зевнуть - попадёшь под такой отбивной молоток на слона, и тебя придётся отскребать.

И чем это отличается от стояния на краю платформы метро, если подумать?

[center]* * *[/center]

Запалив огонёк на кончике пальца, Шантэй пробиралась через полузаваленные подземные залы. Так глубоко даже монстров почти не встречалось, если не считать раздражительных, медленно просыпающихся мумий - которых запросто обойдёшь, пока просыпаются.

Тьма царила под древними сводами - тьма и тишина, пронизанная вездесущим шёпотом вечно сочащегося струйками песка. Ряды квадратных колонн тонули в пыльном мраке, едва разгоняемом её крошечным огоньком. Песок сыпуче шуршал-подавался под ногами на каждом шаге, наваленный неудобными кучами.

А в конце - очередной пролом. Свежий: песок усыпан крошками дроблёного камня.

В отличие всех ранее встречавшихся боссов, этот странный источник тёмной магии словно убегал от неё. Каждый раз, как думала - вот, нашла - или пролом в очередной лабиринт, или просто ничего, словно он исчез, чтобы ощущаться совсем с другой стороны.

— Надеюсь, это не призрак, — пробормотала полуджинни, заглядывая в пролом. Свет её огонька высветил бездонный провал, из которого вздымались колонны, уходя во тьму вверху. Горизонтальные балки перечёркивали невеликое освещённое пространство тут и там, создавая настоящий лабиринт. — Нет, если бы призрак - он бы тогда стены не ломал, а сквозь них просачивался бы.

Вздохнув, полуджинни погасила огонёк и начала танцевать в кромешном мраке. К счастью, у неё на подобный случай была форма летучей мыши, которая отлично ощущает стены эхолокацией безо всякого света.

[center]* * *[/center]

— Да вы издеваетесь! — воскликнула Скай, уже начиная дрожать от холода.

Мимодумный совет Шантэй «просто надо двигаться энергично» здесь, на месте, казался изощрённым издевательством. Глубокий снег хрустел под ногами, набиваясь в легкомысленные летние сапожки. Мороз пощипывал за голые ноги, ввинчивался под две шерстяные шали, словно их и не было. Припорашивая сосны и ёлки, снежок бодро сыпался с низких облаков, среди которых парило какое-то гигантское, смутно различимое сооружение.

Ренч придушенно крякнул, распушившийся до почти шарообразного состояния.

— Хотя... — Скай выдохнула. — Зная Шантэй - она вполне могла. С её-то выносливостью!.. — Она стиснула кулак так, что кожаная перчатка сокольничьего заскрипела. — Ладно! Не время пока отступать, попытаемся всё-таки найти этот вход. Ренч! Разведывай с воздуха, чтобы мне на монстров не напороться!

Мрачно кивнув, боевой попугай поднялся на крыло. Лютая холодрыга иль нет - им предстояла работа.

[center]* * *[/center]

— Кто бы думал, что на Русальих водопадах - столько русалок! — бурчал Боло, карабкаясь по скале к тому месту, где на карте был отмечен вход на фабрику. — Хотя, стойте... Может, они поэтому так и называются?..

Несколько русальих тушек, плавающих в заводи под скалой, вопрос прояснить не могли, вырубленные напрочь и красующиеся шишками на головах.

[center]* * *[/center]

— Аканэ, слева! — предупредил Ранма, с натугой швыряя очередную каменную гориллу через плечо. Голем хрустнул, но выдержал. Свернулся в каменный шар и попытался задавить бойца. Тот играючи перепрыгнул, догнал и добил монстра, не дав развернуться обратно в двуногую форму.

Аканэ схватила пёршего на неё яйцевидного мини - големчика обеими руками, с натугой подняла над головой и швырнула в своего оппонента с резким выкриком. Тот рассыпался кучей булыжников.

— Вот в одном случае из ста когда палицы были бы удобнее - их под рукой нет, — прокомментироваля Сямпунь, впечатывая булыжник в затылок ещё одного голема, потом сбивая каменную образину с ног мощным толчком ноги.

— В одном из ста? — удивилась Аканэ, примериваясь, которого голема раскатать следующим. Потом уворачиваясь от катящегося шара, поскольку какой-то голем уже примерился раскатать её. — Зачем тогда носишь их?

— Так тренировочный гандикап же! — как о чём-то очевидном объяснила китаянка. — Палицы нивелируют мои сильные стороны, замедляя движения и вынуждая использовать негибкий силовой стиль. Как жаль, что кто-то, не будем показывать пальцем, оказался слишком медленным даже для этого, да?

Аканэ лишь набычилась в ответ, саданув по следующему голему кулаком так, что раскровянила костяшки, а каменный монстр развалился с одного удара.

— Аканэ, сзади! — предупредил Ранма.

Младшая Тендо обернулась, увернулась от выблеванных големом четырёх каменюг - а потом стала уворачиваться от мини-големчиков, в которых эти каменюги развернулись по приземлении. Большой голем свернулся в шар, покатился на неё - смехотворно-медленный, в сторону отскочить ничего не стоило. Мини-големчики уворачиваться не умели и их всех раскатало.

— Погодите, я, кажется, нащупал способ получше! — Ранма схватил развернувшегося в каменную гориллу голема за ногу, поднял над головой, раскрутил немного - и шарахнул с размаха об пол. Монстр рассыпался.

— Впечатляюще, — похвалила Сямпунь, — но я так не осилю.

— Я только маленьких поднять могу, — поддакнула Аканэ, подбирая сподручную каменюгу. — Давайте просто раздолбим их без затей?

И раздолбили, не особо даже напрягаясь. Големы скоро кончились, их с самого начала было не больше дюжины.

— Камень - наш! — с удовлетворением заметил Ранма, направляясь к пьедесталу в центре зала. Сямпунь - за ним следом.

— Погодите! — остановила их Аканэ. — Что Шантэй имела в виду под «строят нового короля»?

— Вон тот барельеф? — Сямпунь указала в торец зала, где из задней стены высекали, да так и не высекли, массивную фигуру с тяжёлой челюстью, низкими надбровными дугами, во всём облике которой сквозила первобытная мощь.

— Не говорите мне... — пробормотал Ранма. — В ём же десять метров росту...

— Да не, не может быть, — авторитетно отмахнулась Сямпунь. — Это просто часть стены.

Видно было, что работа не закончена. Големы, верно, планировали полноценную статую, заодно прорубив зал чуть длиннее. Но успели вырубить лишь наполовину - а теперь и не закончат никогда: все скульпторы усыпали пол слоем крошёного камня.

— Как эту штуку ухватить поудобнее? — спросила Аканэ, подходя к пьедесталу и примериваясь к прямоугольной плитке, непрерывно сочащейся чем-то вроде пурпурной глины. Осторожно потрогала пальцем.

Камень вдруг взмыл на воздух, полетел к незавершённой статуе и исчез у неё во лбу.

Раскатился низкий, угрожающий рокот, особо пугающий в подземном зале под кто знает, сколькими тысячами тонн камня. Пол под ногами начинал подрагивать, с потолка - сыпаться крошка.

Барельеф открыл глаза и зашевелился под резкий, словно выстрелы, хруст ломающегося камня.

— Не может быть, говоришь? — съязвил Ранма.

— Ай-яааа... — только и смогла ответить Сямпунь, непроизвольно пятясь.

Король големов выламывался из стены, с которой минуту назад составлял единое целое. Те части, которые не были вырублены, выглядели крайне грубо, необработанный обломанный камень. Кулаки размером со слона от этого не становились менее внушительными.

— Ну, — подбодрил невест Ранма, непроизвольно сглотнув, — Шантэй ведь как-то его раскатала, в одиночку...

[center]* * *[/center]

Ряды корней-давилок шириной с комнату, ряды синхронно бьющих корней с обманчиво-безопасными широкими промежутками, в которых внезапно оказывается ещё один синхронно бьющий ряд и уцелеть удаётся почти впритирку. Хитро скрытые корни, от которых уворачиваешься лишь наитием. Всё вышеперечисленное в комбинации с заныканными в незаметных нишах поцелоботами - уже совсем не смехотворными.

Страх выгорел, постоянное напряжение перешло в состояние, подобное безмятежности просветления. Набики с ледяным спокойствием пробиралась вперёд, к цели. Смертельный риск и занятие искателя сокровищ - они по любому ходят парочкой, одно без другого - никак.

Оставалось пройти лишь метров пятьдесят этого лабиринта, постепенно превращающегося в подземелье. Впереди показался тёмный проём, прорубленный в скальной стене, за которым - всё тот же серый сумрак полупещеры. Ни корней, ни других ловушек. Вот только, перед самым проёмом на земле светилось что-то зеленовато-бесформенное.

— Эй, Ротти! — окликнула. — Это что за новая напасть?

— Где? — Зелёная девица закрутила головой. — А! Этой - берегись, это - грабка-хваталка. Зевнёшь - и обхватит тебя всю!

Эти её непрестанные двусмысленности приелись уже, чесслово.

Пробросив голову через проём, Ротти ускакала вперёд.

Набики опасливо приблизилась, спровоцировав метровую призрачную ладонь выметнуться из земли. Цапнув в пустоту, конечность пошла хватать и шарить вокруг, прощупывая воздух резкими взмахами узловатых пальцев.

Откатившись подальше из лежачего положения, в котором оказалась после отчаянного прыжка назад, Набики поднялась на ноги, отряхивая грязь.

Никого не поймав, призрачная рука угомонилась, втянувшись обратно в землю. И как это преодолевать? Нет, Шантэй перепрыгнула бы. Аканэ, наверно, тоже. Набики была девушкой спортивной, но до настоящих бойцов... Перепрыгнуть - отпадает. Обойти - однозначно нет, всё пространство перед дверью - в радиусе хватания. И не проскочить - рука быстрая..

Ну, вывозите, умения археолога!

В обход - сомнительный шанс, если проделать пол-пути назад через все корни-давилки. Кнутом... Попытка призрачную хваталку побить провалилась: кнут опять проходил насквозь. Прям хоть иди в ближайший храм его от духов заговаривать. Перелезть... Над головой торчало весьма сподручное бревно, когда-то бывшее частью моста уровнем выше. Знание, что сможет как захлестнуть кнутом, так и отпустить с лёгкостью - обнадёживало. Но бревно - одно. Перелететь монстра, как на тарзанке - та же проблема, что с перепрыгиванием: слишком низко. А... Ах, оказывается, можно и так?

Кто бы мог подумать, что археология включает в себя акробатику!

Примерившись - и остро осознав при этом, что не сдаётся только из гордости, что до маски отсюда одна Гнилушка добралась бы без труда - Набики разбежалась, качнувшись чтобы кувырнуться, подтянувшись всем телом и сжавшись в комок, ноги выше головы. Руки явственно хрустнули, взвыв болью, по спине мазнуло ледяное дуновение от близости призрачной руки - а она уже разворачивалась, летя вниз, посылая по кнуту волну, чтобы отцепился, приземляясь в проёме и уходя перекатом вперёд - пока чудовищная рука махнула в другую сторону.

Получилось! Вскочила на ноги вне досягаемости призрачной конечности, страхи и сомнения отступили под напором торжества и уверенности в себе.

— Ха! Я смогла! Я...

Гордость - она, зараза, приходит перед поражением. На пару работают, разводя салаг, вообразивших себя мастерами.

Шкурное чувство самосохранения взвыло, заставив поднять взгляд, краем глаза заметить, как сверху разворачивается-падает широкая лента упругой плоти, липко поблескивающая во мраке.

[center]* * *[/center]

Наконец-то! Облегчённый выдох Скай повис облачком пара в морозном воздухе. Вот они, ворота!

Засунув замёрзшего Ренча подмышку, стуча зубами, девушка поковыляла в направлении пристани. Снег хрустел под ногами, которых она уже не чувствовала, переступая, словно деревянными колодками. Холод запускал когти всё глубже в тело прямо сквозь две шерстяных шали, вытягивал последнее тепло из стиснутых в кулаки пальцев. Уши давно уже не щипало, они просто одеревенели.

Прочь, прочь с этого острова! Пока есть ещё силы шагать, чтобы не остаться здесь с Ренчем двумя промороженными тушками!

[center]* * *[/center]

— Да где же он! — в отчаяньи воскликнул Боло. Металлические коридоры вокруг были завалены разбросанными, перевёрнутыми бочками. Ни в третьей правого штабеля, ни в десятой, ни в среднем, ни в левом - искомого камня нигде не было. Может, он сбился с пути, пока отбивался от дежурного крокодила?

Боло в очередной раз сверился с картой.

Нет, иных толкований быть не может. Вот она, дальняя производственная линия, вот он, штабель бочек. Разбросанный сейчас ровным слоем по полу, каждая проверена раза по три. А камня - нет.

Может быть, посмотреть в другом зале?..

Но уже раздавался слитный топот по металлическому полу. Скрипя зубами, парень был вынужден отступить. Одного-двух крокодилов в спецовках он ещё мог побить своим шипастым шаром на цепи - хоть и с трудом: крепкие они были, крокодилы такие. Но, судя по звукам, к нему в гости ломилось минимум полдюжины.

[center]* * *[/center]

Наконец-то! Чувствуя источник тьмы вот прямо за углом, Шантэй нырнула в очередной пролом... И обнаружила себя в тупике. Тысячелетия не ступала нога человека в этот древний зал, до того, что даже паутина давно распалась, а вылезшие из саркофагов мумии рассыпались в труху и лохмотья истлевших тряпок.

— Да что за мо́рок! Куда он деться отсюда мог!

[center]* * *[/center]

Набики стояла, замерев раскорякой, на выходе из проёма, боясь даже вздохнуть. За спиной бесновалась-шарила призрачная рука, обдавая спину порывами леденящего ветра. Перед лицом покачивался, роняя тягучие липкие капли, трёхметровый язык, уходящий в венчик кривых зубов под потолком пещеры - тварь таилась выше потолка проёма, идеальное место для засады.

Уклониться удалось абсолютно чудом - растратив, наверно, все запасы удачи на год вперёд.

Ангел смерти на этот раз не просто похлопал по плечу, а стоял за спиной, требовательно выжидая. Язычище покачивался перед самым носом - вот качнётся чуть дальше...

— Эй, долго ты там... — прорезалась впереди Гнилушка. — О...

— А эта, полагаю, — съязвила Набики надтреснутым голосом, — способна облизать меня всю?

Фатальный косяк или нет, дышащий в затылок ангел смерти или нет - лицо сохранять она собиралась до последнего вздоха, пока не погаснет свет и не проступит впереди река мёртвых.

— Ээ, ты это... — Ротти не нашлась, что ответить. — Как близко-то... Там же места между ними совсем нет...

Тварь устала ронять слюни, втянула язык... Потом снова вывесила, болтнув кончиком так, что едва не коснулся. На башмаки упала пара липких капель.

— Ты давай, выбирайся, — занервничала Гнилушка. Не иначе, представив, что ей скажет Шантэй, когда вернётся одна. — Ну, поднырни просто, когда опять втянет!

Ага, просто.

Отогнав назойливые мысли о том, что скажет маме и не подсуропила ли уже себе со всеми этими играми в злодейку так, что вместо брода ей придётся пересекать реку поперёк омута с голодными змеями - на парадный мост она давно уже махнула рукой, превращать жизнь в сплошную мороку ради одного раза было, по её мнению, чудовищно неэкономичным выбором - подгадала момент и поднырнула под ушедшим вверх языком. Причём, едва не накосячила по времени: доля секунды ушла, чтобы продавить гаденькую дрожь в неожиданно отказавшихся повиноваться ногах. Падающий на место язык успел капнуть слюной на поясницу.

Отринувшись, выполнив ненужный, наверное, перекат - вскочила на ноги, спешно разматывая кнут.

Тварь оказалась здоровенным, бугристым перевёрнутым конусом с пастью в вершине и огромным жёлтым глазом, воровато бегающим по сторонам. Видя, что добыча ускользнула, монстр втянул язык и снова стал почти незаметным в темноте. Только слюни из венчика тупых зубов капали.

Набики хлестанула кнутом, сама поразившись слепящему бешенству, вдруг охватившему её. Удар, ещё удар - неспособный перемещаться бугроконус задёргался в конвульсиях. Потом выблевал в потоках зелёной слизи кучу костей, среди которых особо бросался в глаза человеческий череп.

Вонь шибанула такая, что защипало в глазах.

— Ну ты просто зверь, — жизнерадостно заметила Ротти.

— Много тут таких... Потолочных сюрпризов? — спросила средняя Тендо, зажимая нос и пятясь от этой гадости.

— Тут - не знаю, — пожала плечами зомбяшка. — А вот в весёлой части леса...

— Как хорошо, что я не люблю веселье, — сухим, как Сахара, тоном съязвила Набики.

[center]* * *[/center]

Короля големов ухайдакали лишь когда догадались, что бить надо точно в лобешник. По любым другим частям тела - ни у кого из троих ни силы ни спецтехник не было, почти монолитный камень крошить. Может быть, Рёга с его Уязвимой точкой легче бы справился - но Ранма сомневался на этот счёт. С кораблём же не сработало, а голем тоже, вроде как, живой.

Был.

Несколько разрядов Тигриного превосходства, метаемые Аканэ и Сямпунь каменюги, ещё бо́льшие каменюги, которыми каждая из девушек долбила уже врукопашную, запрыгнув на голову по уступам боковых галерей, пока Ранма отвлекал - вот и нету у мега-голема башки.

Покачавшись, безголовая громада завалилась и рухнула на спину, вызвав такое сотрясение, что стало страшно, как бы потолок не последовал.

— Куда камень отлетел, кто-нить видел? — спросил боец с косичкой, кашляя и отмахиваясь от поднявшейся пыли.

[center]* * *[/center]

Опять тупик! Шантэй аж зарычала от досады, пытаясь ощутить, куда паразитский источник тёмной магии сместился на этот раз.

Выпершаяся из ближайшего саркофага мумия огребла от всей широты её накопившегося раздражения.

[center]* * *[/center]

— А Шантэй что, ещё не вернулась? — спросила Набики, заходя в мастерскую Мимика.

— Не-а, — мрачно ответил сизоволосый парень, уныло сидящий у верстака. — Но я уверен - у неё всё получится. Она - настоящая героиня, в отличие от меня, бесполезного и косорукого...

— Что, не удалось пробиться?.. — нахмурилась средняя Тендо.

— Нет, пробиться-то удалось, — Боло вздохнул. — Где прокрался, где крокодилов вырубил. Камня вот только найти не смог. Три штабеля бочек перерыл - и ничего.

Вот жеж.

Приложив титаническое усилие воли, Набики придала лицу неестественное, ненатуральное выражение - сиречь, искреннюю, дружескую улыбку - и сказала ободряющим голосом:

— Не пили себя, я уверена - это всё Ранма виноват. Неправильно запомнил, или ещё чего. Как бы то ни было, у тебя по плану, — она грохнула перед ним на верстак бесформенную каменюгу, добытую с таким риском для жизни, — превратить вот это в ритуальную маску смерти, которую Шантэй сможет надеть. Давай, мы верим в тебя!

Тот подхватился, начал возиться с булыжником - отскребая по милиметру, пропитывая какими-то вонючими жидкостями и отскребая снова. Про депрессию он как-то позабыл. И то хорошо, одним головняком меньше.

Отыскав среди завалов барахла гамак, Набики прицепила тот за два подвернувшихся крюка - не для того, явно, предназначенных, ну да демоны с ними - и оплыла в него вымотанной тряпочкой. Лишь одним глазом поглядывала, следя за ситуацией.

Время для кого тянулось, для кого - летело.

Вернулась Скай, чихающая и кутающаяся в шаль - по такой жаре-то?.. Ренч у неё на плече старательно изображал пушистый шар. Доложилась об успехе, оставила карту с пометками и ушла. Сказала, что - в баню, отогреваться. По такой жаре-то?..

Набики провела какое-то время, пытаясь представить, что за филиал северного полюса на том острове, чтобы вызвать подобную реакцию.

Вернулся пыжащийся от гордости Ранма с невестами: вешающейся на него, еле одетой Сямпунь и шкворчащей от раздражения Аканэ. Смутно побеспокоившись за сестрёнку - та имела видимые синяки, порезы и держалась слегка деревянно - Набики отправила косатого отнести первый добытый волшебный камень злодейскому альянсу.

Боло закончил отскребать маску. Ну и страхолюдина! Велела приделать завязочки. Как? Да хоть кверху каком! Ты тут технарь - ты и крутись!

Вернулся праздношатающийся Ранма, улизнувший от невест.

Шантэй всё не было. От нечего делать устроила с Саотоме-куном военный совет. Сошлись на том, что сейчас - самое время бегать по соседним островам, подчищать одиночных хаппобатов и прочие мелкие хвосты. Но лампа-то у Шантэй!

Устав ждать, Ранма похватал записи и почеркушки по Слякотному острову и Зиндану страданий, похватал маску - и отправился добывать Камень пекла. Особо напирая, чтобы остальным пока не говорила, ибо увяжутся за ним - сварятся ни за грош.

Пришли Аканэ и шпыняющая её Сямпунь. Сестрёнка ничего, ершилась в ответ. Набики закрыла глаз и старательно притворилась бессознательной тушкой. Сямпунь пыталась вытрясти из Боло, куда делся Ранма. Вытрясла вместо этого самоуничижительный монолог о том, какое он, Боло, ничтожество, по сравнению с настоящими героями.

Сямпунь ушла. Аканэ посидела рядом, жалуясь спящей - как она думала - сестре за жизнь.

А потом Набики как-то сама не заметила, как уснула по настоящему.

[center]* * *[/center]

Наконец-то! Чувствуя источник тьмы вот прямо за углом, Шантэй сломя голову нырнула в очередной пролом, оказавшись в высоком сводчатом зале. Свет лился сверху. Ряды квадратных колонн, обрамляющих сводчатые ниши до потолка, где-то там, наверху - невидимые с её позиции окна в правой стене, впускающие солнечный свет, от которого верхушки арок левой стены полыхали слепящими изгибами. Песчаный нанос, поднимающийся к дальнему торцу зала пологим холмом.

И - Рёга, стоящий посреди зала, мрачно зыркая по сторонам.

«Только не говорите мне...»

Но - нет, ощущение тьмы шло именно от него. Понятно теперь, отчего такая тёмная силища.

Шантэй сглотнула. Рёга в роли босса... Напрашивалось выражение «раскатало в тонкий блинчик». Целых два авто-зелья в загашнике сразу ощутились какими-то неадекватными.

Может, уговорить?.. Однозначно, надо его уговорить!

— Привет! — дружелюбно поздоровалась.

Рёга в ответ зыркнул волком.

Шантэй ненавязчиво изучала его. Вся одежда - местная, кроме банданы: драные, в заплатах, серо-бежевые шаровары, подвязанные кушаком, жилетка на голое тело. И на этом - всё. Ноги - босы, голова - не покрыта. На плечо закинута здоровенная железная палица - это у какого монстра он такую добыл?

— Давай уже возвращаться — попробовала начать диалог. — В этих подземельях ничего полезного нету, только пыль да злые с просонья мумии. А у нас в городе - и ужин, и банька...

— Только не делай вид, что вы мне рады, — окрысился боец в крапчатой бандане.

— Ну, почему? — возразила. — Твоя помощь нам очень бы пригодилась. Особенно теперь, когда решающая битва близится.

Рёга лишь больше окрысился:

— Ага, как только - так сразу! А потом: иди потеряйся где-нибудь, не мешайся под ногами!

Это что, Ранма его так?.. Ой-ёй. Себе на заметку: эти двое ладят, как кошка с собакой. Вместе их лучше не ставить. Тяжкий вздох. Мальчики.

Попыталась зайти с другой стороны:

— Твоя помощь очень пригодилась бы Аканэ. Она сейчас с Сяньпу и Ранмой на задании, добывают Големий камень. Но Сяньпу к ней плохо относится: соперницы же. Я бы предпочла, чтобы это был ты.

Против ожидаемого, Рёга лишь больше озлился:

— Ранма, сволочь, — прорычал. — На задание наедине с Аканэ-сан! — Слова о Сямпунь очевидно, в одно ухо влетели, из другого вылетели. — Теперь, когда я, наконец, избавился от свиньи и мог бы признаться Аканэ-сан в своих чувствах!

«Свободен от?..»

И тут паззл в голове Шантэй щёлкнул, сложившись. Все недомолвки, странности, возня вокруг поросёнка...

— Так Пи-чан - никакой не йокай! — обвиняюще воскликнула полуджинни, наставив на него указующий перст. — Это такое же проклятие, как у Ранмы или Шаньпу! Только почему-то они все это от Аканэ скрывают... А ты трёшься у неё на руках...

Рёга замер, в глазах - ужас, зрачки сужены в точку. Потом выкрикнув яростно:

— Не смей об этом говорить, слышишь? Ранма слово чести давал! Теперь, когда я наконец-то свободен от свиньи!..

— И не подумаю! — рассвирепела в ответ Шантэй. — Не знаю, как ты их всех убедил, но так поступать - низко! Как если бы я свой танец обезьянки использовала, чтобы изображать несмышлёного зверя и втираться в доверие к красивым мальчикам... Подло и недостойно! Всё как есть Аканэ расскажу!

— Ранма... Шантэй... Будьте вы прокляты! — взревел Рёга, хватаясь за волосы и начиная светиться тошнотно-зелёным.

Опаньки.

— Дали мне шанс быть свободным от свиньи, шанс признаться Аканэ... Только чтобы отобрать у меня всё?.. — рычал теряющийся парень, держа перед собой руки со скрюченными пальцами, словно собирался разорвать что-то - или вцепиться себе в голову. — Не прощу!

Глаза у него светились багровым, над бугрящимися мускулами спины и плеч слоями поднимались эманации тьмы, словно чёрное марево над костром.

Шантэй приняла боевую стойку, нервно качая маятник на полусогнутых. Та часть её, что не обмирала от ужаса, уже составляла боевые планы. Только дистанция, только магией! Развешивать на путях подхода Штормовые облачка, бить молниями - и отступать, отступать!

Нервно сглотнув, сорвала бандану и водрузила на лоб магическую диадему. Маны понадобится много. Если удастся дожить её тратить.

Рёга, тем временем, светился всё интенсивнее, потом схватился за голову, закричал от душевной боли и отчаяния - аж мороз по коже. Давящая депрессивно-зелёная тяжесть всё сгущалась вокруг него, начав собираться в шар человеческой магии. Уже раза в три больше чем те, которыми они с Ранмой швырялись в Риски - и рос всё больше, наливаясь негативом!

Шантэй сглотнула, продолжая качать маятник на подгибающихся, ватных ногах. Он это собирается запустить? Или подорвать себя с окружающей местностью?.. В голове почему-то крутилась всякая глупость. Например, как будет выглядеть её некролог.

Рёга, тем временем, упал на колени, заламывая руки, воя от тоски и безнадёги. Всё растущий шар депрессивной энергии коснулся стен зала, кроша их в труху, начиная взмывать вверх.

Вверх?..

Шантэй бросила один взгляд на потолок, поняла, что уйти не успеет - и начала один из выученных в будущем танцев. Ну, вывози, родимый!

Заряд депрессии взмыл, вызвав камнепад смертоносно огромных обломков. На какие-то мгновения стало ярко, свет солнечного дня без помех вливался в дыру на месте бывшего потолка. Потом болотно-зелёный шар затмил солнце, падая обратно с гибельной неизбежностью - и грянул, плюща песчаную осыпь, дробя стены, вбивая в песок крабика, словно кувалдой...

Зубодробительно приложило. Почище, чем от Дакрона хвостом получать.

С замиранием сердца прислушалась к себе: треснул панцирь или не треснул?

Вроде, жива.

Пыль медленно оседала, пронизанная солнечным светом. Проступил Рёга, безразличный ко всему, засыпанный струящимся сверху песком уже по пояс. Камни падали сверху, смертоносно-огромные и неожиданные в густой дымке. Шантэй осторожно выпростала одну клешню, потом другую, начиная выкапываться. Песок лился водопадом, угрожая засыпать развороченные остатки подземного зала.

Превратилась обратно в девушку, подбежала к безответному Рёге. Не растормашивается, ноль реакции. Крякнув от досады - начала выдирать его из песка, словно морковку из грядки. При этом у неё самой ноги уходили в песок, песок насыпался новый - он что, ускоряется? Еле вытащила, остолопа такого. Камни падали всё чаще и всё крупнее - однозначный намёк сваливать. Утащила Рёгу в подземный коридор - а потом ещё пришлось возвращаться и засасывать тёмную магию. Которой из него с этим его разрядом депрессии, вышло просто немеряно. Где столько взял-то, на каждом шагу на себя проклятия наматывал, что-ли?

[center]* * *[/center]

Проклинатель - та ещё страхолюдина, думал Ранма, обшаривая Деревню потерянных душ в поисках входа в ад. Но для стража на входе в загробный мир - самое оно. Кого не надо - одним своим видом отпугнёт так, что будут удирать впереди собственного визга.

Испещрённые жилыми пещерами обрывы уходили в дымку, подсвеченную далёкими озёрами огня. Отменно крепкие наги и внезапно выскакивающие из воздуха мрачные жнецы с косами так и кишели, норовя оттяпать голову. Как, бишь, там это место считается, чистилище или типа того?

Играючи уклонившись, запрыгнув на очередной утёс, боец с косичкой похлопал заплечный мешок, убеждаясь, что на месте кузнечные клещи, позаимствованные в мастерской. Сколько трое не умеющих технику скрытого оружия на произвольные предметы бойцов намаялись с Големьим камнем, вечно сочащимся едкой глиноподобной субстанцией - это песня. Стоило готовиться к худшему: что Камень пекла будет сочиться магмой или типа того, и в заплечном мешке не унесёшь.

А это что там за девушка с подозрительно похожей причёской и манерами?.. Как она сказала - Роттина душа?.. Обходим, обходим подальше, чтобы не заметила!

Надо сказать, выглядели души неотличимо от живых. Недолго и перепутать. Может, в этом самый смысл?

[center]* * *[/center]

Набики успела проснуться, Сямпунь типа как помириться с Аканэ - скорей всего, устала ту подкалывать - все успели поужинать, даже Ранма уже успел вернуться, покрасоваться добытым Камнем пекла - раскалённой пластиной, которую вечно лизали язычки пламени. Солнце успело коснуться горизонта, окрасив небо алым заката. И только тогда Шантэй, наконец, вернулась, решительно волоча за собой мрачного Рёгу на верёвке.

— Теряющийся - я ещё могу понять, — пожаловалась. — Но это уже какой-то сверхъестественный талант получается... Куда опять тянешь? За мной, не отклоняйся!

— Не надо меня на верёвке вести, словно бычка какого! — возмутился тот. — Я сам дойти способен!

— Способен, — устало съязвила Шантэй. — На другой конец земли. Три раза уже пробовали, измоталась тебя отлавливать.

И тут их заметила Ранма.

— Рёга!!! — зычно гаркнула рыжая, имитируя любимое восклицание рекомого. — Из-за тебя я видел ад!

— Издеваешься, Ранма?! — набычился тот, сжимая кулаки.

— Ничуть, — язвительным тоном возразила девушка на пол-ставки, беззаботно закидывая руки за голову, от чего желание врезать ей только усиливалось. — Самый настоящий ад, полный огня, кипящей смолы, и душ грешников, которые там упорно страдают. Где, ты думаешь, камень пекла оказался запрятан?.. Только добраться туда - целое приключение... И не возражай! Твоя вина - тоже чистая правда! Кем Шантэй оказалась так занята, что лезть в ады пришлось мне одному, м?

И дальше в красках живописала полные огня бездны, не давая Рёге и слова вставить и привирая без зазрения совести.

[center]* * *[/center]

— Выплыла одна... некрасивая история, касающаяся тебя напрямую, — сказала Шантэй Аканэ, отозвав ту в сторонку. — Мне очень хотелось бы тебе всё рассказать, но... Мы не можем себе позволить в раскол в команде. Только не сейчас. Но как только спасём мир - кто следует тебе сразу во всём признается, обещаю. А не признается - я заставлю. Слово даю!

— Эээ, ладно, — неуверенно согласилась младшая Тендо, гадая, что такого могло случиться, что подруга не решается прямо об этом сказать. Сямпунь очередную приворотно-отворотную гадость применила? Ранма очередную былинную дурость совершил?

[center]* * *[/center]

Проверив напоследок, не передрались ли злодеи - нет, не передрались, собачились чисто по делу, как лучше своё супероружие мастерить - Сянь Пу порыскала по окрестностям кошкой, нашла бесхозную комнату с ростовым зеркалом - жутко редкие штуки, только в самых богатых домах! - и вернулась, прокравшись, уже девушкой.

Повторяла танец обезьянки с упорством достойным, наверно, лучшего применения, пока не довела до совершенства, как могла, по памяти. И - ничего.

Ожидаемо, в общем-то, хоть и обидно: танцующая девушка должна быть магическим существом. А у неё магическим существом была кошачья ипостась. Осталась малость - приспособить танец для кошки. Облилась, попробовала для очистки совести на задних лапах. Только себя рассмешила так, что по полу каталаясь, мявая.

Нет, тут без наставника - никак. А значит - что? Значит - одна надежда, на духа танца который живёт где-то там, в глубине подземелья Кальмар-барона. Оставались сущие мелочи: выкроить время от спасения мира - запороть которое было бы верхом глупости, ибо тогда Ранма непременно угробится, пытаясь поддержать Шантэй, которая непременно угробится, пытаясь удержать небо на собственных плечах. Она такая. Вот, а выкроив время - найти духа в подземелье и как-то ещё убедить помочь.

Сянь Пу муркнула, хлестнув хвостом. Не попробуешь - не узнаешь.

Улизнула из чужого особняка как раз вовремя, чтобы пойти вместе со всеми в баню.

[center]* * *[/center]

Имя Сянь Пу (珊璞) на её родном языке означает Коралл (珊 - коралл, 璞 - естественная/неогранённая драгоценность).

[center]* * *[/center]
User avatar
chebmaster
Site Admin
 
Posts: 823
Joined: 06 Apr 2013, 13:38

Re: Танцуй-танцуй заварушка (кроссовер)

Unread postby chebmaster » 03 Jan 2021, 22:40

Эта история относится к фанфикам. Будучи таковым, она в неоплатном долгу перед создателями используемых ниже персонажей: Румико Такахаси, Мэтт Бозон, Эрин Белл Бозон, творческие команды Kitty Films и WayForward.

[center]* * *[/center]

Глава 17,
Тёмная сторона Страны блёсток


Шантэй с утра позаранку улетела к Дальноскопу, выяснять, что там за мутная история с Камнем Капели. Пока все умывались, собирались и завтракали - успела обернуться. Наскоро глотая бенто, приготовленный ей Ранмой (трое невест согласились на его кандидатуру во избежание кулинарной битвы), объявила, что какая-то нехорошая личность перепрятала волшебный камень в глубоких подводных пещерах под фабрикой. Неудивительно, что Боло его не нашёл. И вообще молодец, всё правильно сделал, совершенно нее его вина.

Рекомый воспрял духом.

Начали распределяться, кто с кем и куда.

— Я бы попросила тебя больше с Аканэ в команде не ходить, — решительно потребовала от амазонки Шантэй. — Ты её слишком часто шпыняешь, уже сентенция какая-то нездоровая складывается.

— Хорошо, — с лёгкостью согласилась вторая фиолетовласка.

— Что-то подозрительно просто! — не поверила Аканэ.

— Друг племени же! — Сямпунь фыркнула. — Наша гостеприимная хозяюшка, если кто запамятовал, спасла сестру-воительницу от участи куда хуже смерти... Ну-ка, с кем же мне... — Она начала постреливать глазками в сторону Ранмы, опять напрягая младшую Тендо.

— Вас, народ, по командам распределять - почище головоломки с волком, козой и капустой! — раздосадованно воскликнула полуджинни. — Давайте так... Я - за Камнем Капели, больше некому, там уж очень глубоко нырять надо, только русалкой достанешь. Рёга пусть за Искристым Камнем идёт, он там быстрей всех обернётся, если опять все стенки в лабиринте поломает. Ранма - хаппобатов бить и тёмную магию собирать, тут скорость важна... Остальные?..

— Сви... В смысле, потеряшке, — ехидно вставил Ранма, — кто-то должен дорогу показывать, иначе неделю до босса добираться будет.

Рёга насупился.

— Ну, к нужному месту на острове тебя Скай приведёт, — уверенно заявила Шантэй. Блондинка сделала страшные глаза, пантомимой изобразив, что околевает от холодрыги, но полуджинни этого благополучно не заметила. — А вот дальше... Боло, проводишь? Фабрики - это по твоей части, ты лучше разберёшься, как идти и в какую сторону ломать.

— Не беспокойся, не подведу! — хлопнул кулаком о ладонь синеволосый, горя желанием показать, на что способен, после вчерашней неудачи.

— Свитков пузыря не забудьте! — заботливо напомнила Шантэй. — Там не только босс электрическими шариками фонтанирует, что твой фейерверк. Там ещё полно роботов, некоторые такие шаровые молнии пускают - жуть...

— Я - с мальчиками на Остров Обморожения, — заявила Ротти. — Любопытно там побывать, заодно зомби холода не боятся.

— Я... пока пас, — неохотно признала Набики. — Тело у меня... совсем не геройское. — Потом, вполголоса, добавила: — Да и готовность к смерти надо... Заново обдумать и прочувствовать.

Шантэй, однако, расслышала и не на шутку всполошилась:

— Народ... Народ! У всех авто-зелья есть?..

— Без парочки - никуда! — подтвердил Боло.

— У меня... свои способы, — уклончиво ответила Ротти.

— Авто-что? — не поняла Аканэ.

Шантэй вздрогнула:

— Я же... Объяснила вчера за авто-зелья, и как в опасные места - только с парочкой в загашнике? Да?

— Эээ, нет? — неуверенно ответила Аканэ.

— Однозначно, нет, — процедила Набики. — Первый раз слышу.

— Вот! — Шантэй суматошно выхватила фиал в виде конуса с узким горлышком и крылышками. Внутри плескалась красная жидкость. — Зелье последнего шанса. Если тебя ненароком прибьют - само срабатывает! Можно и как обычное целебное зелье пить - но тогда весь прок пропадает.

— Ух ты! — Аканэ приняла фиал, разглядывая этакое диво дивное.

— Вот бы вчера такой, — ровным, чересчур ровным голосом заметила Набики. — Каждый раз, как смерть дышала в затылок.

Эмоции в голосе она сдержала, а вот в глазах промелькнуло что-то такое, недоброе, что заставило полуджинни вздрогнуть.

— Как же так! — ужаснулась Шантэй. — Я думала - ты будешь в безопасности, только до места пробежаться!

— Ну, начать с того, что мой кнут призраков вообще не задевает, — намекнула Набики.

— Я их от её отваживала, — вставила Гнилушка легкомысленным тоном. — Иногда в самый наипоследний момент! Без меня они бы её точно хомякс!

— Они ж только ночью должны! — ахнула Шантэй.

— Там день такой пасмурный, что в ущелье - сумрака им хватило. — Набики поправила шляпу одним пальцем. — Но одна страхолюдина в лицо - это, в сущности, мелочь. Вот когда оказалось, что потолок подземного хода нам проломить нечем, и пришлось идти в обход, через эту, как её, «весёлую» часть леса...

— Не, до самой весёлой не дошли, — поправила Ротти.

Глаза полуджинни расширились в осознании, как она накосячила.

— Мне веселья на год хватило, — не согласилась Набики. И начала перечислять, загибая пальцы, таким тоном, словно погоду обсуждала: — Корни-давилки в самых наизабавнейших комбинациях. Паук размером с двухэтажный дом, выплёвывающий целое море огня - хотя, казалось бы, где пауки и где огонь. Поцелоботы с таким засосом, что Пиколь Шарден обзавидуется. Дикие зомби, устраивающие весёлый сюрприз, выкапываясь прямо у тебя под ногами. Презабавнейшие могильные камни с крабом-мумией внутри. А самое весёлое - внезапные призрачные руки, и внезапные языки из-под потолка, так и норовящие тебя облапать или обслюнявить с головы до ног... Ничего не забыла? — Она приподняла бровь.

Жаловаться было совершенно не в её натуре - а вот развести на жалость... Сейчас - неактуально, но она метила на преференции в будущем.

На лице Шантэй, однако, отразился неприкрытый ужас:

— Из меня никудышный организатор, — убитым голосом выдавила танцовщица, грызя ногти. — Если... Как я вас могу просить сражаться против Владыки?.. Из-за моего неумения вас всех поубивают!

«Оп-ля, переборщила,» без особого смущения подумала Набики.

— Не унывай, всё у тебя получится! — пыталась поддержать Аканэ. — Теперь-то оно у нас - есть!

— А если ещё что забуду? — не сдавалась Шантэй. — Из-за моей забывчивости я уже отправила самую неопытную из нас через то место! Да у меня самой волосы шевелятся, как вспоминаю ту пробежку с Ротти в обнимку!

— Ах, у нас было целое приключение, о котором помнишь только ты! — театрально огорчилась зомбяшка. — Да ещё и в обнимку!

— Скажем так, — недобро зыркнула на неё Шантэй. — Твои шуточки «ах, меня укусил паук, у меня ноги немеют» второй раз на мне не сработают!

— Пичалька, — легкомысленно пожала плечами та.

Шантэй в ответ лишь хмыкнула свысока. Однако, хандру с неё эта пикировка стряхнула.

— Я же выжила, — вставила Набики. — Опыт, опять же. Гораздо лучше усваивается, когда твоя шкура на кону!

— Во! — одобрил Ранма. — Растёшь!

Аканэ воззрилась на него круглыми глазами.

— Настоящая тренировка так и работает! — пояснил жених в ответ на её немой вопрос. — Тот девиз, «путь мастера боевых искусств полон опасностей» - он именно про это. Давай я потом расскажу, когда камни добудем и Хаппи-копий переловим?.. — Он обернулся к полуджинни. — Шантэй, всё у нас образуется. Просто отправляй с каждой группой опытного бойца - и всё будет пучком. Лады?

— Да, нам же бежать пора! — полыхнула решимостью та. — С вами - Рёга, с нами буду я, Ранма - сам по себе армия... Ладно, остальные?

— Я покручусь здесь, — сказала Сямпунь. — Кто-то ведь должен присматривать за городом. А точнее - за Риски и прочими... интересными личностями. Оно, конечно, нужда объединяет - но как бы эти пауки в банке не передрались просто по привычке.

— Это ты хорошо придумала, — согласилась Шантэй. — Заодно за дядей присмотришь... Так, ладно, вот тебе лампа, — она вручила артефакт Ранме. — Больше ничего не забыли?.. Сора, не забудь укутаться потеплее! Ладно, погнали! — и взяла с места, словно выпущенная из пращи.

Аканэ припустила за ней.

Когда уже подбегали к воротам - навстречу попалась Укё, в крайне дурном расположении духа, одетая в свой традиционный наряд разнорабочего из чёрных рейтуз и синего халата с подвязанными рукавами.

— Я - с вами, лады? — пробурчала окономиячница, прилагая видимые усилия чтобы оставаться вежливой.

Шантэй остановилась в нерешительности, с сомнением косясь на Аканэ.

— Не бойся, мы с Аканэ-тян ладим, когда Ранмы рядом нет, — сказала Укё. — Ух, что за гад такой! — Она в сердцах пнула городскую стену и запрыгала на одной ноге. — Как рабочие руки за бесценок - так со всем уважением, а как подгорелым запахло - сразу выметайся.

— Ты о ком? — осторожно осведомилась Аканэ. — Что за гад?

— А, не стоит о нём, — уклонилась Укё. — Вы ж торопитесь, небось?

— Конечно! — полуджинни сунула ей крылатый фиал. — Погнали! — и рванула бежать дальше.

— Аканэ...тян, вот это вот - шо? — показала той Укё, догоняя изо всех сил.

— Лечилка... последнего шанса? — ответила та, сбивая дыхание на бегу. — Типа, если тебя прибьют, само сработает. Мне Шантэй-чан... такую же дала.

Свернули налево, как и вчера, только Шантэй не стала углубляться в кукурузное поле. Так и вела по дороге, километр за километром по самому солнцепёку. Аканэ сначала не могла понять, чего та так медленно бежит. Сама-то Аканэ была привычная гораздо быстрее по утрам бегать. Позже, пробежав раза в четыре больше, чем вся Нэрима от края до края, оценила преимущества размеренного, экономичного ритма и начала наблюдать за подругой, пытаясь скопировать стиль бега той. Укё пыхтела, потела, но отставать упорно отказывалась.

В конце концов Шантэй свернула-таки в лес. Ничем он не отличался от того, по которому бегали вчера, разве местность не такая изрезанная и монстров поменьше. По ходу выяснилась отменная эффективность Укё против летучих мышей, которых та прибивала с одного маха лопатой, и против пауков, от ядовитого плевка которых той же лопатой прикрывалась. Аканэ отрывалась на орках.

А лес всё тянулся и тянулся, вызывая у неё боязнь, что заблудится здесь с концами, если отстанет. По счастью, гигантских монстров пока не попадалось.

[center]* * *[/center]

— Стой, отродье мелкое! — Ранма стремительно догнал удирающего хаппобата. Вёрткая тварь опять уклонилась, запрыгнула на одну из огромных мраморных голов, торчавших на этой полянке.

Ранма остановился, сверля противника раздражённым взглядом. Тот мерзки хихикал в ответ, подпрыгивая на месте, словно макака-переросток. В процессе погони они намотали кругов пять по острову, через отвесные кручи, пещеры, вершины сосен и подземелья, мимо мужика, тоскующего возле каменной статуи, по хребту гигантского ящера, дрыхнущего на вершине - Рюгензава позавидует - и снова по кручам, расселинам, прибрежным камням. Растреклятый хаппобат был слабее, медленнее - но вертлявость и изворотливость у него были вполне на уровне старого похабника. Уходил, меняя направление в неожиданную сторону, подставлял вместо себя вездесущих монстров. Ранмин путь устилали оглушённые русалки, крабы и рыболягухи.

Косатый остановился, с крайней неохотой признавая, что вчера передавить паразитов удалось только лишь благодаря... приманкам.

— Да что ж за паскудство такое! Опять мне.. Фу, гадость. Ну, погоди у меня... В смысле, не уходи никуда, я быстро!

Скрипя зубами, он унёсся к ближайшему водопаду.

[center]* * *[/center]

— Прохладненько, — заметила Ротти, щелчком смахивая с зелёненького плечика снежинку.

— Просто надо двигаться энергично! — заявил Боло, сверкая голыми коленками между шерстяным пончо и меховыми сапогами.

Рёга индифферентно грюкнул: мол, мелочи жизни.

— Да вы издеваетесь? — возмутилась Скай, кутаясь в три шали с Ренчем подмышкой. — Я мёрзнуть ещё на подходе к острову начала!

Морозный ландшафт, раскинувшийся вокруг, изобиловал сугробами, льдом и отягощёнными снегом соснами. Над заснеженными вершинами гор в зимнем нежно-розово-голубом небе парило какое-то огромное, хаотически слепленное сооружение, лениво вращая гигантскими пропеллерами. К земле эту неведому хренотень притягивали цепи, отсюда кажущиеся тонкими ниточками.

— Нам туда, — шаль Скай шевельнулась, указуя направление. — По сторонам не разбредайтесь, тут ледяные оборотни водятся. И тем более не заходите на кладбища! Многие могильные камни... Не то, чем кажутся.

— Ну, они не только здесь та, — жизнерадостно заметила Ротти.

Первого ледяного оборотня они встретили гораздо раньше, чем ожидали. Матёрый снежно-ледяной волчара оскалился, бросаясь наперерез. Результатом стал скучающий, разочарованный Рёга и ледяной мужик в синих семейных трусах, торчащий голыми пятками из сугроба.

[center]* * *[/center]

Когда Аканэ уже начало казаться, что или они заблудились, или какое-то злое чародейство водит их кругами, местность вокруг начала постепенно меняться. Провалы всё чаще оказывались заполнены водой, с замшелых скал струились ручьи, превращая овраги в покрытые ряской заводи. Деревья росли реже, но стали настоящими великанами до неба. Вместо орков-порхунчиков стали попадаться наги и крабы, всё чаще и чаще. Крабов Аканэ отфутболивала с одного пинка, сметая с дороги. Змееженщины, мало что когтистые, оказались неожиданно прыгучими, порой взмывая над головой, целя придавить с налёта. По одиночке - смешно просто, но эти монстры часто ползали по двое или по трое, да ещё в компании мышек летучих. Клыкастые тварюшки норовили бесшумно подлететь сзади в самый неподходящий момент. После того, как Аканэ тяпнули-таки, троим пришлось сменить тактику. Укё сосредоточилась на мышах - уж очень у неё ловко получалось сшибать их лопатой - а Аканэ с Шантэй на пару раскатывали наг.

Продвигались безо всяких проблем, пока не встретилась особо свирепая нага в броне. Большие красные наплечники с шипами, сегметнтированный панцирь на спине у змеиного тулова, бронелифчик - пока японки пялились, змееженщина-воин выбросила ладони вперёд, выпустив в них длинную очередь ярких магических зарядов с апельсин величиной. Укё закрылась лопатой, Аканэ ушла нырком с перекатом, но получила-таки один в плечо. Как кирпичом заехало. Вскочив на ноги, понеслась за бегущей на противницу Шантэй, заходя слева, с другого бока. Нага поднатужилась, выпустила вторую очередь. Полуджинни ушла скольжением-пируэтом вправо. Аканэ сократила расстояние рывком, ухватила женщину-змею за запястья, с силой отводя в сторону. Ну и силища! Шантэй пошла лупцевать волосами. Нага разинула рот невероятно широко. Аканэ каким-то наитием догадалась отклониться от одиночного заряда, который противница просто выдохнула, чуть не попав ей в лицо. Укё добавила метательными лопатками, заставив нагу дрогнуть. Наконец, удары Шантэй оказали эффект и монстр рассыпалась кучей костей.

— Какая крепкая была... Ай! — Подкравшаяся в пылу схватки, очередная летучая зараза вонзила клыки Аканэ в плечо и попыталась пить её кровь. Там же, на плече, и была прихлопнута.

— Аканэ-тян какая-то особо вкусная, — констатировала Укё, доставая бинты. — Это как с комарами, некоторые люди им особенно любы.

— Паразитские кровососки, — пробурчала младшая Тендо, стягивая куртку борцовки и двигая трижды пострадавшим плечом. — Почему чувство опасности-то не сработало? Допустим, нагин заряд я зевнула, но ведь почувствовала же заранее? А эта тварь - словно ниндзя, ничего - а потом сразу кусь!

— Потому что она к тебе агрессии не испытывала, — пожала плечами Укё. — Ты ж булочку за врага не держишь, когда ей закусить собираешься?.. Вот и хищники всякие тоже. Меня тоже однажды волки чуть не схарчили, когда в горах тренировалась...

— Вот, кстати, — заметила полуджинни, бинтуя Аканино плечо. — Чувство опасности ещё не работает, когда тебя пытаются не прибить, а поймать, чтобы съесть позже. Как в тот раз, когда наги меня словили, а потом стали варить.

— Варить? — неверяще преспросила Аканэ.

— Ага, — сказала Шантэй. В большом таком котле. Развели под ним огонь, морковки, зеленушек насыпали...

Вода в котле нагревалась медленно, но неотвратимо. Наконец осознав, что из неё реально собираются сделать суп, Шантэй трепыхалась отчаянно. Но ноги ей связали плотно, притянув пятки к попе а бёдра - друг к другу, так, что не пошевелишь. Стянутые за спиной руки тоже свободе маневра не способствовали, как и привязанный к ним хвост волос. Фактически, она могла лишь сгибаться , погружаясь с головой в будущий бульон - ужас какой - или разгибаться, удерживая голову над поверхностью и понося змееженщин на чём свет стоит. Тем ругань быстро надоела и ей в рот всадили здоровенное яблоко, с такой силой, что заныла почти вывихнутая челюсть. Полуджинни попыталась этот импровизированный кляп прокусить - фу, кислятина - но яблоко оказалось невероятно прочным. Дальше донельзя самодовольные наги слушали лишь её придушенное мычание. А вода становилась всё горячее! Упираться коленками в дно котла было больно, приходилось ёрзать. Наги ползали вокруг с солонками, добавляя специй или укропчика. Шантэй продолжала извиваться, дёргая впивающиеся в тело верёвки, но путы не подавались. Вода не казалась настолько уж горячей - но история о лягушке, сварившейся и не заметившей этого, не выходила из головы. Шантэй чувствовала, что слабеет. Всепроникающий жар обессиливал, сердце заходилось, словно зажатая в кулаке птаха. Скоро у неё уже не было сил трепыхаться, только удерживать голову над поверхностью. Наги пробовали суп половником, добавляли перца. Шантэй не хотела сдаваться, всё ещё боролась, шевелясь вяло и бессильно, но уже пришло щемящее осознание, что - всё. Надеяться оставалось только на то, что потеряет сознание, провалившись в милосердное забытьё до того, как начнёт плавиться заживо, истаивая в кипятке жиром. Было горько и обидно, что её тело, о котором она так заботилась, станет банальной закусью. И очень неловко перед мамой. Та погибла, героически сражаясь со злом - а как ушла дочь?.. Прохлопала парочку оголодавших монстров с ловчей сетью. Позор какой. В глазах начало темнеть. Шантэй смутно осознавала, что медленно обмякает и сейчас погрузится в суп с головой, как вдруг...

— Кто-кто тебя спас? — переспросила Аканэ.

— Ну, гига-нага. Оченно огроменная, то есть. Размером с гига-русалку - помнишь, я рассказывала?.. Ну, в общем, она меня двумя пальцами из котла выудила - и пришлось этим двум паразиткам есть пустой суп без мяса. Или нет. Не помню точно, у меня в голове от жара мутилось.

Шантэй хотела ото всей души поблагодарить спасительницу, но из-за яблока получалось лишь невнятное мычание. Её подняли к лицу, разглядывая огромными глазами с вертикальным зрачком. Какие красивые! Хотела уже попросить развязать верёвки, но мир вдруг пошёл вверх тормашками, стало темно и отчего-то склизко. Шантэй подёргалась, дезориентированная, ничего ещё не соображающая. Что это сейчас было?.. И тут её сдавило со страшной силой, до хруста в плечах, то скрипа в рёбрах!.. Когда она, наконец, смогла вздохнуть, искры в глазах угасали. Вокруг было по прежнему темно и склизко, а ещё тут дурно пахло чем-то кислым. Всё ещё вялая и плохо соображающая, Шантэй пыталась сообразить, что с ней сталось. Засунули в склизкий мешок, у которого на дне по щиколотку воды?.. Зачем?.. Хотелось ощупать свою темницу, но по прежнему стянутые ноги и руки позволяли лишь неловко извиваться всем телом, сгибаясь и скручиваясь в талии... И тут её снова сдавило! По мешку словно прокатилась волна, он сжался кольцом, стиснув ей голову слизистыми складками - ай, как защипало в носу! - а потом это сжатие прокатилось вниз, плотно прижимаясь к её телу, но не проскальзывая, поскольку это было не движение, а такая странная волна сжатия. Пойманный в той части мешка воздух вырывался вдоль неровностей тела с неблагозвучными звуками, а когда волна скатилась с погружённых в воду ног и ушла дальше - выбулькался оттуда с весьма характерным бурчанием... И тут до Шантэй, наконец, дошло: её не спасли. Её съели!

— Прямо взяла и проглотила? — с содроганием уточнила Аканэ.

— Ага, как тефтельку! — неподобающе жизнерадостно подтвердила Шантэй. — Ам - и всё. Ну, по крайней мере, я с тех пор знаю, отчего у людей в животе бурчит. Это эти волны, по желудку прокатывающиеся, воздух через желудочные соки пропихивают. Но я бы предпочла об этом узнать каким-нибудь другим способом, а не бултыхаясь в этих самых желудочных соках.

Перевариться заживо - во сто крат хуже, чем свариться! Потому что теперь она точно не потеряет сознание, пока совсем не растает! Вместе с леденящим ужасом пришла ярость на эту... эту... Язык не поворачивался! А она её ещё благодарить собиралась! Шантэй извивалась изо всех сил, дёргая путы до потянутых мышц, до жгучих ссадин от врезавшихся в тело верёвок. Если бы не проклятое яблоко - на железном дереве оно выросло, что-ли? - она бы уже пыталась прогрызть себе путь наружу!.. Увы, верёвки не поддавались а желудок лишь упруго пружинил. Все её трепыхания приносили не больше пользы, чем корчи червяка на крючке. Желудочных соков постепенно прибывало. Вроде только на донышке, но регулярно прокатывающиеся волны сжатия успешно окатывали её с головой. Всё тело покалывало, ссадины и царапины горели огнём, начинало свербеть и щипать между пальцами, в ушах и в других интимных местах. Но хуже всего было в носу, там полыхал настоящий едучий пожар! Дышать приходилось, отчаянно отфыркиваясь от лезущей в нос жгучей жидкости, а взбаламученный воздух иногда представлял из себя пену. Аж слёзы наворачивались в крепко зажмуренных глазах!.. Шантэй попыталась противиться очередной волне сжатия, но её лишь сложило до хруста в хребте, уткнув яблоком в колени, макнув лицом в прибывающую жидкость. В носу заполыхало так, что искры из глаз! Еле отфыркалась... А выход не придумывался. Постепенно начинало свербеть и колоться по всему телу, но медленней, чем прибывали желудочные соки. Значит, её судьба - захлебнуться?.. Это будет очень, очень больно. Умирать совсем не хотелось! Но она захлебнётся рано или поздно: вон, кислота уже выше пояса поднялась, даже когда не перемешивает, окатывая с головой. Погибель настанет ещё раньше, если уродская гига-нага лежит прилечь: Шантэй даже с боку на бок перевернуться не могла бы, слишком мало свободы движения с намертво замотанными ногами и руками. Эх, если б хоть одну руку свободную!.. Постепенно покалывание по всему телу перешло в нестерпимый зуд и свербёж. Шантэй заизвивалась с удвоенной силой - уже не от страха и ярости, которые отступали на задний план, тускнея перед всеподавляющим свербёжем. Чесаться хотелось везде и сразу!

— Жуть какая! — заметила Укё, прикрываясь лопатой от очереди магических зарядов, выпущенных очередной нагой-воительницей, пока Аканэ заходила змееженщине с фланга. — Как же ты спаслась-то оттуда!

— Ну, я не сразу заметила, что с меня одежда слезает, — объяснила Шантэй, поглядывая по сторонам. — А когда заметила - больше по волосам горевала, думала, они тоже растаяли... — Она прибила волосами летучую мышь. — Но про верёвки даже мысли не пришло.

— А что верёвки? — спросила Аканэ, вломив наге прямым с правой с такой силой, что та улетела, вращаясь, с обрыва в кусты.

Неожиданно, путы на локтях спали. Верёвка ослабела и соскользнула. Запястья оставались связанными, но свободные локти дали свободу движения и куда лучший упор. Поднатужившись, Шантэй разодрала полупереваренные остатки пут, освободив руки полностью. И тут же начала отчаянно чесаться, пытаясь достать сразу везде! Но всё было тщетно, вместо каждого почёсанного места начинало чесаться в пяти новых, и... И тут до неё дошло. Она больше не была беспомощной закусью! Она могла сражаться и победить!.. Если честно, самым трудным оказалось перестать отчаянно чесаться. Но очередная волна сжатия быстро напомнила ей, что время выходит, на краткий момент прижав руки к бокам и окатив лезущей в нос едкостью. Выхватив из загашника нож, Шантэй начала яростно резать верёвки на ногах - и скоро была полностью развязана. Ну, теперь-то вырвется! Полезла вверх по склизким, пульсирующим складкам... И быстро упёрлась в складчатый конец, намертво зажатый кольцом твёрдых, словно камень, мускулов. Попыталась колоть ножом. Желудок оказался отменно прочным - по крайней мере, вслепую никаких повреждений не нащупывалось. Пыталась резать - та же история. То-ли желудок был такой титанический, то-ли кромка лезвия уже переварилась. Скользкий металл шипел и пузырился под пальцами. Сдавленная очередной волной, соскользнула вниз, в желудочные соки. Всё тело свербело так, что никакие мысли в голове не помещались, кроме почесаться! Что же делать то?.. Обретя желанную свободу движений, быть переваренной хотелось ещё меньше. Если не получается отлупцевать... Наплевав на технику безопасности, Шантэй начала запускать Штормовые Облачка, со всей мочи, пока всю ману не просадила. В желудке сразу стало тесно, волшебные облачка теснились, опасно прижатые к телу, обжигая электрическими разрядами. А потом сработали разом, ударив молниями без разбора в стенки желудка, в Шантэй, в друг друга... Мир для неё потонул в слепящих конвульсиях. Очнулась от жгучей рези в носу, когда попыталась вдохнуть. Всё тело болело и люто свербело, в зажмуренных глазах плавали искры, в груди сводило от недостатка воздуха - но сквозь зажатые веки пробивался солнечный свет, под руками и ногами нащупывались трава и сучья, а рядом громко тошнило кого-то огромного. Выдрав, наконец, треклятое, челюстьвывихивательное яблоко, Шантэй набрала полную грудь свежего воздуха. А потом залпом опорожнила целый пузырёк целебного зелья, с облегчением ощущая, как утихает лютый свербёж. Открыв глаза, свирепо направила обвиняющий перст на смурну́ю, согбенную противницу таких размеров, что Шантэй была словно праведная мышь у подножия слона. Но ей такие мелочи были сейчас - море по колено, не помеха для грозной отповеди «И больше так не делай! Понятно?»

— Вот, и она как-то послушалась, и больше в тех лесах её не видели, — закончила свой рассказ полуджинни. — Хотя, казалось бы, я по сравнению с ней - такая мелочь, да ещё без штанов была... Это до меня только позже дошло, а то бы прям на месте от стыда сквозь землю так и провалилась бы. Целебное зелье топик и туфли восстановило, но штаны переварились с концами. Это мои старые, с красным кушаком, в которых я на первое большое приключение ходила. Пришлось срочно учиться делать травяную юбочку, чтобы хоть в город войти, а потом новые штаны заказывать. Вот эти, с чёрной серёдкой. Две пары заказала, на всякий случай. Ну, и топик новый заодно уж. Старый, с рукавами-пристегайками, может и выглядел круто, но приключенствовать в нём было неудобно, эти декоративные недорукава вечно за всё цеплялись или руками двигать мешали.

Впереди лежало озеро, из которого торчали белые руины в греческом стиле Столбы с завитушками поверху, платформы, полуобвалившиеся куски стен...

— Тут, ээ, придётся намокнуть, — предупредила Шантэй. — Ко входу на фабрику нигде больше не подобраться, там скалы наклонные, очень неудобные для лазания.

— Ууу... — с трепетом протянула Аканэ, косясь на зияющую водную гладь.

— Не беспокойся, я всё учла! — жизнерадостно успокоила её фиолетовласка. — Тут всего пару мест, где плыть надо, я тебя на плечах перевезу. Всё остальное вполне перепрыгивается с камня на камень... Ну, можешь считать это тренировкой по этой...бразильской системе, как её Ранмин батюшка называет.

— Я... Аканэ нервно сглотнула. — А давай!

Первое место, где надо плыть, начиналось сразу от берега. Шантэй начала танец... Но тут её прервала Укё:

— Ты её слоном повезёшь?

— А? — оторопело замерла полуджинни. — Почему слоном?..

— Ну, слоны ведь отлично плавают. И спина широкая, Аканэ-тян не свалится. Так ведь?

На это остроухая не нашла, что ответить. Замерла, ошарашенная.

Потом начала уже другой танец.

Пуф! Сиреневые искры рассеялись, явив скромных размеров слоника в расшитой попоне. Шантэй подошла к берегу, осторожно зашла в воду, потом глубже - и поплыла, высунув хобот над водой. Проплавала туда-сюда, выбралась на берег, превратилась обратно в девушку:

— И правда, отлично плавают! Как я сама-то не догадалась?.. Давай, Аканэ, я тебя вон до той платформы довезу, а дальше ты сама перепрыгивай. — Она снова станцевала, превращаясь в слониху. Аканэ запрыгнула ей на спину - и поплыли.

Укё нырнула вслед за ними, радуясь шансу освежиться.

Когда почти уже доплыли до первой платформы - Шантэй вдруг булькнула, дёрнувшись. Укё чудом закрылась лопатой от укола копьём снизу, металл лязгнул о металл. В воде кружили крупные, длиннее человечьего, тени.

Аканэ спешно перепрыгнула на каменную платформу, протягивая руку Укё. Рванула окономиячницу из воды. За спиной у той вынырнула русалка, раскручивая трезубец. Укё извернулась, достав монстра лопатой, сбив атаку. Аканэ выдернула её из воды практически за шкирку. Шантэй превратилась обратно в человека, вдоль её боков из воды клюнули трезубцы, промахнувшись по уменьшившейся цели. Аканэ протянула ей руку, но та была ещё слишком далеко! Шантэй сообразила дохлестнуть волосами, обвив её запястье и чуть не сдёрнув в воду. Аканэ потянула всем телом, запрокидываясь на спину - и выдернула, словно морковку из грядки. Насквозь мокрая полуджинни хлопнулась на неё, мешая вскочить на ноги. А русалки начали выныривать вокруг, наставляя трезубцы!

— Берегись! Они стрелять будут! — Шантэй вскочила на ноги, пошатнулась, схватившись за живот. — А если так! — Стиснув зубы, она начала какой-то танец, от которого так и веяло угрозой.

Аканэ, впрочем, рассматривать было некогда. Встала спиной к спине с Укё, готовясь отбивать... Что?

Русалки начали пускать очереди пузырей. За спиной был лязг магии о лопату, Аканэ пробила два пузыря кулаками, словила ещё два в грудь - надо было увернуться, но ведь Укё позади!

А потом Шантэй успела-таки первой. По ушам ударила победоносная нота, словно пророкотал барабан войны, мир полыхнул лиловой вспышкой.

Больше на них никто не нападал. Аканэ повела вокруг насторожённым взглядом. Все русалки плавали в воде безвольными рыже-зелёными тушками. У этих рыбья часть оказалась тёмно-зелёной, а не фиолетовой, как у приморских.

— Что за заразы! — возмущённо подытожила Шантэй. — Подлючие какие! Их точно на уху надо! — Охнула, пошатнувшись. К беспокойству Аканэ, она оказалась вся в синяках и порезах, штаны порваны. Похоже, все русалки поначалу били по ней.

— Опаньки, а драться-то в воде слон не может, — смущённо сказала Укё, сразу ухватив суть. — Ты это, извиняй.

— Не бери в голову! — отмахнулась полуджинни, кривясь. — Уй... — Собравшись с духом, начала ещё один танец. Этот - какой-то плавный, умиротворяющий и даже скромный для танца живота.

— Полное восстановление! — полыхнувшая под этот выкрик лиловая волна угасла, оставляя после себя совершенно невредимую полуджинни.

— Ой, меня тоже вылечило! — радостно воскликнула Аканэ, ощущая, что боль от пропущенных ударов исчезла. Она покрутила плечом под бинтами, размотала. Синяк там тоже пропал, те места, где были покусы, напоминали о себе лишь чесоткой. — Так ты и лечить умеешь? Круто!..

— Я - умею?.. — озадаченно откликнулась Шантэй, удивлённо разглядывая исцелившуюся подругу. — И правда!.. А я его считала просто жутко расточительным танцем особой мощности на себя... Как там Туки говорила?.. Полное исцеление?.. Выходит, она исцеление полной команды имела в виду?..

— Туки?— переспросила Аканэ.

— А, та ламия, у которой я этот танец купила. На всяких магических редкостях специализируется. Ну, ушлая змеюка!.. Надо не забыть к ней завернуть - может, что ещё полезное найду, чего у меня ещё нет.

— Эти русалки - просто звери, — заметила Укё, разглядывая обмякших в воде противниц. — От хаппобатов - и то не так стрёмно отбиваться было. Тут всегда так?

— Нет. — Шантэй нахмурилась. — По крайней мере, раньше под водой они не нападали. И такими стаями - тоже. Отчего так взбеленились-то?.. А, неважно. Вы двигайтесь пока, а я поплыву, оставшихся отлупцую. Я пузырём умею не хуже! — Она начала ещё один танец.

— Постой, куда двигаться? — прервала её Укё.

— А, вон до того конца! — Шантэй указала рукой на отвесный обрыв, еле видимый между хаотически торчащими из воды руинами и нависающими кронами деревьев. — Там - выше, как получится. Я потом взлечу, верёвку вам скину. — Она продолжила танец.

— Так нам наверх, на скалы надо? — уточнила Аканэ.

Пуф! Из облака сиреневых искр явилась русалка. Синеволосая, вся зелёно-чешуйчатая.

— Ыльк — булькнула, разведя перепончатыми руками, улыбнулась чарующе - ну, и зубы, пиранье впору - и занырнула мощным прыжком. Скоро из под воды начали доноситься глухие взрывы, иногда всплывали глушёные русалки.

— Ээ, как думаешь, — с трепетом вопросила Аканэ, примериваясь к расстоянию до ближайшей колонны. — Это зелье последнего шанса... Если я утону - оно меня вылечит, чтобы я утонула второй раз?..

[center]* * *[/center]

Рёга прищурился, разглядывая массивные кованые ворота, перекрещенные рядами заклёпок. Уязвимых точек у этой преграды не было. Не было даже намёка на них. Что бы за магию они тут ни использовали - Сокрушающая Уязвимая Точка не работала ни на чём, ради чего её вообще стоило использовать.

— Ну, что? — нетерпеливо осведомилась Скай, приплясывая с ноги на ногу.

— Отойдите-ка, — буркнул Рёга, отступая в сторону от двери, к дикой скале. По счастью, скалы зачаровывать они тут ещё не додумались.

[center]* * *[/center]

Фабрика за водопадом оказалась не какая-то там, а пещерная. То есть, внутри огромной пещеры устроенная. Причём, не просто пещеры, а полузатопленной пещеры. Многие мостки и непонятного назначения машины были подвешены над зияющей водной гладью. Аканэ храбрилась. Даже когда приходилось повисать на руках, таясь от шляющихся тут и там двуногих аллигаторов в спецовках.

Пролезли в соседнюю пещеру по рельсе с цепями, под которой через равные промежутки висели огромные кольца, некоторые - раскрытые на две половинки. По словам Шантэй, когда всё это двигалось - приходилось хвататься за кольца и ездить на них, иначе цепями на рельсе в момент пальцы оттяпало бы.

Аканэ с Укё всё гадали, зачем такие линии с движущимися кольцами - а их тут было, идущих туда и сюда, на всех уровнях - когда им попалась одна работающая.

Линия со скрипом ползла, надолго замирая. Под некоторыми кольцами болтались русалки, подвешенные за связанные над головой руки.

На вопрос Аканэ, при чём тут русалки, Шантэй легкомысленно ответила: мол не обращай внимания, консервы из них тут делают.

Аканэ переспросила, полная ужаса и неверия: она, наверно, ослышалась?

Оказалось - нет, не ослышалась. Фабрика - и правда по производству консервированных русалок.

Аканэ тут же воспылала: фабрику - до основания, русалок - выпустить, и вообще! Да плевать ей, что они на них нападали! Нельзя же так с людьми!

После этого, каждый встречный аллигатор - отпинывался. Не сразу: крепкие оказались вражины, даже Аканин прямой с правой их с одного раза лишь отбрасывал. Каждая непонятная машина - ломалась. Пыл Аканэ даже отшибленная пятка не остудила, а уж как эффективна оказалась лопата Укё против всяких кабелей и труб... Русалок снимали - и, по возможности, сбрасывали вниз в воду, или закидывали повыше, где крокодилам не достать: все рыбодевушки оказались какие-то снулые, еле шевелящиеся.

[center]* * *[/center]

— Стойте! — остановил бодрое продвижение своей команды Боло. — Этот коридор явно в тупик ведёт. На склад или в подсобку второстепенную. Видите? Силовая разводка идёт туда, а не оттуда, слишком маломощная для чего-то вроде сборочного цеха. Не говоря уже о вентиляции. Нам надо свернуть... хм... Вот здесь!

«Зря я его за слабосильного бойца держал, — думал Рёга, проламывая очередную стену в указанном месте. — Он вообще ни разу не боец, он технарь с уклоном во всякую заумь. А драться умеет ровно настолько, чтобы от каждой тварюшки не бегать. В этом мире зверья столько, что не умея отмахаться - проще сразу ползти на кладбище»

[center]* * *[/center]

— Цыпа-цыпа-цыпа! — манила Ранма с насквозь фальшивой, страшно натянутой улыбкой, расстёгивая ещё одну пуговицу на рубашке.

А в ответ - тишина, пронизанная вездесущим шёпотом вечно сочащегося струйками песка.

Ряды квадратных колонн тонули в пыльном мраке, еле разгоняемом тусклым светом чадного факела. Ноги вязли в песке, наносами скрывающего пол.

— Че! — чертыхнулась рыжая. — Как тут кого-то загнать в угол, если все стены - в проломах?.. Словно Рёга прошёл!

Замерла на мгновение, потом зашлёпнула лицо ладонью:

— Тут и правда Рёга прошёл. Так вот, где Шантэй его ловила!..

Стоп. Что-то не сходилось. Если та вчера тут была - почему ж сама не зачистила?

Ответ напрашивался только один: слишком торопилась догнать одного... Теряющегося.

— Ну, свинтус вечно блуждающий, ты мне ещё за это... Чу!

Откуда-то еле слышно доносилось хихиканье хаппобата.

Нехорошо осклабившись, Ранма начала красться в том направлении.

[center]* * *[/center]

В конце саботированной производственной линии оказался склад готовой продукции: огромные, уже закатанные бочки большим штабелем вдоль стены. Оказывается, консервы были - целая русалка на банку. Шантэй направилась к ближайшей и начала ломать. После пинка так пятого, крышка с бочки слетела. Маринад выплеснулся вместе с тушкой русалки.

— Я, конешно, понимаю, — начала издалека Укё, — злодейские планы сорвать - любо. Но на кой нам дохлая русалка? Всех живых мы уже поотпускали.

— Как - дохлая? — забеспокоилась фиолетовласка. Потыкала в тушку ногой. Та начала вяло подёргиваться, глаза - в кучку. — Ничего они не дохлые, их всех спасти надо... Глаза б мои этих зараз не видели!

— Значит, эти... кхм... банки - ещё не проваренные? — уточнила Укё, лопатой сшибая крышку со следующей ёмкости.

— Проваренные? — спросила Аканэ, присоединяясь к процессу. — Это как?

— Ну, консервы как делают? — объяснила Укё. — Закатывают банку, потом стерилизуют, нагревая градусов до ста двадцати. То есть, все консервы - по сути варёные.

— Ужас какой! — Шантэй содрогнулась. — Нет, тут - явно другое. Тёмная магия, наверно. Или не тёмная. У меня в загашнике еда неделями не портится. И очень хорошо. Если б он их варил - русалок я бы ещё стерпела, но...

Двуногие аллигаторы набежали внезапно, да в таких количествах, словно со всей фабрики сбежались. Кто-то, наконец, осознал нападение и поднял тревогу?..

Аканэ передёрнуло от гастрономического интереса во взглядах рептилий. Слишком живо напомнило утреннюю толпу извращенцев: те тоже глядели на неё, вожделея, словно кусок мяса. Завертелась в привычном ритме, отбиваясь от наседающих со всех сторон противников. Зубастые пасти придавали дополнительную мотивацию.

Укё лупила на все стороны лопатой, ругаясь, словно базарная торговка из Осаки. Каковой, собственно, и являлась.

Шантэй тоже лупила, уворачиваясь - но её коронный приём уклонения плохо работал на заваленном русалками полу. Споткнулась раз, другой, выкрутилась, подставив под пасть наруч - а приспешники Техно-барона поднимались, оклёмывались - и снова пёрли. Крепкие, крокодилы такие, даже поодиночке опасные.

Аканэ попытались тяпнуть сразу трое одновременно. Если бы не тренировки с Шантэй - точно хватили бы за бок. А так - только ткань борцовки оказалась в зубах. С вцепившимся крокодилом - не поуворачиваешься! Не пытаясь выдраться или скинуть куртку - всё равно не успела бы - замотала челюсти выдернутой полой, сжала руками, не давая разинуть пасть - и пошла крутиться, лупя по врагам их же собратом. А где пытались вклиниться в этот предсказуемый ритм - добавляла с ноги.

Поняв, что долго так не продержится, Укё была вынуждена бить на поражение, ребром лопаты.

Шантэй поскользнулась на чьём-то чешуйчатом хвосте, рефлекторно взмахнула ногой в воздухе, отчаянно пытаясь удержать равновесие... За эту ногу её и хватанули. Один вцепился в икру, второй - в ляжку, а третий уже набегал вонзить зубы ей в бок.

Крутанувшись на вскрик подруги, Аканэ расшвыряла своих, словно кегли - треск ткани, помеха движению исчезла - и бросилась на помощь, но полуджинни опередила всех, ударив струёй огня с двух рук, щедро поливая своих противников.

Двуногие аллигаторы придушенно квакнули, воняя палёным, но добычу упорно не отпуская. Ещё не вцепившийся даже попытался идти вперёд, но лишь словил полную пасть пламени.

Аканэ замерла на полушаге. Укё замерла с занесённой лопатой. Последний недобитый аллигатор замер с раззявленной пастью.

Шантэй продолжала жарить, окатывая трёх своих противников огнём. Не угомонилась даже когда отпустили её дымящуюся ногу в подпалённой штанине. Струя пламени рвалась из пальца полуджинни, словно из дырявого газового баллона. Начинало приятно пахнуть шашлычком.

Глаза как блюдца, последний двуногий плотоядный бочком, бочком - а потом прыснул, как заяц, короткие ножки смазались в паническом бегстве.

Шантэй прервала поток пламени. Осторожно опустила пострадавшую, всё ещё дымящуюся ногу. Три прожаренных до хрустящей корочки тушки медленно завалились, попадав в живописном беспорядке среди слегка курящихся русалок.

— А теперь, — безапелляционно объявила она, мимоходом глотая целебное зелье, — стейк из аллигатора!

И нагнулась к поверженным противникам, доставая здоровенный нож.

Аканэ уставилась на подругу в ужасе.

— Эти гады вкусные? — живо заинтересовалась Укё, припечатав лопатой одного из поверженных у себя за спиной, который, кажется, шевельнулся.

Аканэ совсем поплохело.

— Ну... — Шантэй обернулась ответить, не донеся нож до цели. Увидела красноречивый взгляд Аканэ, истолковала превратно, и поспешила проинструктировать ту:

— Когда будешь рассказывать - они эти стейки уронили. И никак иначе, ни-ни! Потому что дети же ведь слушают. А кому надо - сам поймёт... Понятно?

— Эээ, ладно... — выдавила Аканэ, постепенно отходя от потрясения. — Но... разве можно? Они же почти люди...

— Ну... — Шантэй почесала ухо, разворачиваясь на корточках к прожаренным останкам врага, — Они первые нас сожрать хотели, всё остальное не считается. — Она примерилась ножом.

— Вот именно! — поддакнула Укё. — Сами напросились, устроив нам «или ты, или тебя».

— Как говорил один странник с внушающих размеров бородой, — продолжила Шантэй, отрезая кусок поаппетитнее, — в подземелье или ты ешь - или едят тебя... Он еще столько интересного про здоровую пищу рассказывал!.. Но его послушать - подземелье ни за что не пройти, если не питаться по дороге монстрами. Как по мне - это чересчур. Или у него на родине подземелья такие глубокие, что по ним неделями плутать надо?.. Вот, держи — Она протянула кусок Укё, которая с удовольствием в него вгрызлась. — Мне, лично, всегда до города проще добраться, чем в глуши на кого-то охотиться, а потом там же их готовить. Не считая того, что дичина - это всегда риск заразы какой-нибудь гадкой... Ну, не лежит у меня душа к охоте, всегда хочется разойтись с миром, даже с теми, кто меня схарчить пытается. Так что - охочусь лишь изредка, на особенно злостных из тех, кто охотится на меня.

— Особо злостных?.. — откликнулась Аканэ, которую ещё подташнивало.

— А! Я ж ещё не рассказывала! — Шантэй убрала очередной ломоть аллигаторятины в ки-карман и обернулась к подруге. — Они недавно... То есть, для меня недавно, тут им ещё год до такой низости оставался... Короче, то-ли русалки у них плохо ловились, то-ли ещё что - но начали они похищать девушек из разных глухих деревушек и делать консервы уже из них, превращая в фальшивых русалок - там такая специальная рыба на ноги наглатывалась...

— Сволочи! — тут же полыхнула Аканэ, теряя все сомнения. — Поубивать их мало!

— Ты только техно-барона заодно не прибей, — предупредила её Укё, дожевав. — Иначе весь этот на честном слове держащийся альянс героев со злодеями развалится. Тут нас главный злыдень поодиночке всех и прищучит... Интересный вкус, кстати. Не поймёшь сразу, мясо или рыба. Там ещё хорошие куски остались?

— Вот, — протянула ей полуджинни. — Аканэ, действительно, не прибей ненароком. В отличие от прочих, Техно-барон - ни разу не боец, соплёй перешибается. По опыту знаю.

[center]* * *[/center]

Сянь Пу оглядела технарей критическим взглядом. Мимик и оба барона с головой ушли в изобретательство, позабыв про свои разногласия. Поправочка: про свои обычные разногласия. Каждые минут пять они собачились, как лучше очередную крутку крутить или винтку винтить - для неё это всё звучало полной тарабарщиной.

Боеприпасцы и тинкербаты бурлили полным, на её взгляд, хаосом. Что-то куда-то несли, что-то пилили, выковывали или иным образом мастерили. Гром стоял такой, что пришлось вставить в уши самодельные затычки из ваты. Хаос постепенно разрастался, одержимые изобретатели уже захватили два соседних склада по сторонам от того, который экспроприировали изначально.

Риски Бутс, зараза, слиняла. Вот поди угонись за ней, с этими её пушкой и шляпой! Где теперь пиратка шлялась и что замышляла - неведомо. Наверняка ничего хорошего.

Пожалев, что нет под рукой ковра-самолёта - а она знала из подслушанного краем уха, что подобные здесь вполне в ходу - прикинула, можно ли отлучиться часика этак на три, не ставя под угрозу главный план. По всему выходило, что да.

Вооружившись монетками и камушком покрасивее, из прикарманенных позавчера, направилась к подземелью Кальмар-барона. Когда вышла за ворота - припустила бегом. Надо обернуться до заката, а до подземелья путь неблизкий, да и фонтан тот найти ещё надо, в той части лабиринта, которую позавчера миновали.

[center]* * *[/center]

Когда Шантэй, наконец, вынырнула - а вход в глубокие подводные пещеры пришлось ещё поискать, он оказался запрятан в пруду, из которого торчала одна из опор роликового ската на задах фабрики - Аканэ с Укё успели от нечего делать обшарить окрестные джунгли. Кроме всякой кусачей живности, нашли Гига-русалку, о которой им Шантэй рассказывала.

— Вот, — показала подруге Аканэ, подводя к кустам, из которых можно было незаметно выглянуть. Видишь?

Плохо видимая сквозь деревья, на берегу безбрежной водной глади лежала скованная русалка. С хорошего такого кита размером. Тёмно-зелёный хвост откинут в воду, ржавые цепи впились в светло-зелёное тело, серо-зелёные волосы запутаны и растянуты между деревьями.

— Ну что, будем спасать? — предложила Аканэ.

— Мы сейчас развернёмся, — сказала Шантэй, — сделаем вид, что не видели, и тихо, спокойно уйдём домой.

— Как же так? — воскликнула Аканэ с обидой и разочарованием.

— Один раз - с кем не бывает. Второй раз - ну, может быть, совпадение, — раздражённо ответила остроухая, действительно разворачиваясь уходить. — Но третий раз?! Нет, я совершенно не хочу знать, что у них с Техно-бароном за отношения и почему эта... записная пленница всё время в цепях, пока из её народа корм делают. Я совсем, совсем не хочу вникать, ясно? Меньше знаешь - крепче спишь.

— Мм, нравится быть связанной, говоришь? — загорелась нездоровым любопытством Укё.

— Цыц! — прикрикнула на неё полуджинни. — Не мешай мне оставаться в блаженном неведении!

— Может, всё-таки, попытаемся? — неуверенно предложила Аканэ, переводя между ними взгляд.

— Пока её освобождаешь - она буйствует, — предупредила Шантэй.

Аканэ оглянулась на подавляющих масштабов русалищу. Не факт, что на участке дома Тендо вместилась бы, если вытянется в длину. Мысль о том, что такая громада начнёт буйствовать, внушала невольный трепет.

— И не думай, что цепи ей помешают, — продолжила Шантэй. — Она и без рук молниями лупит так, что не увернёшься - тебе крышка. И обычными, и шаровыми. — Она заглянула в глаза Аканэ — Мне как-то не хочется проверять, достаточно ли твоё чувство опасности развитое, чтобы увернуться от целого леса молний, бьющих с неба без предупреждения, со всего одним автозельем-то. Да я сама оба раза еле пережила, и третьего не хочется! — Развернулась к Укё. — А у тебя вообще отработанный рефлекс лопатой защищаться. Смахнёшь шаровую молнию мимодумно - и опаньки.

— Тогда... Так и оставим её там? — Аканэ просто не могла сжиться с мыслью: кто-то в беде - и не помочь.

— Освободить - мало. Она ещё пуще буйствовать начинает, лупит хвостом попеременно с молниями. И не угомонится, пока не отлупцуешь. Оно нам надо? Оно нам совсем не надо. Фабрику сломали - и довольно с них. Без нас разберутся! — Шантэй решительно пошагала прочь.

[center]* * *[/center]

— Ну, вроде последний, — с облегчением выдохнула Ранма, засасывая лампой облачко тёмной магии. — Фу, мерзость какая! — Она передёрнулась, натягивая на плечи рубаху, до этого повязанную вокруг талии. — Ненавижу Хаппосая собственными титьками приманивать, словно в дерьме вымазался... Сколько я этих эрзац-похабников уже наловил? Штук пятнадцать, не меньше.

Она устало потрусила в сторону берега и болтающейся там лодки с провожатым. Гадостная, дурно пахнущая грязь чавкала под босыми ногами. Тёмные облака скребли по самым верхушкам обтекающих той же дрянью холмов. Слякотный остров во всём великолепии, век бы его не видеть. Как будто вчерашнего визита было мало! Даже загробный мир - вход в который тут неподалёку - и то приятнее!

Ничего, скоро он отсюда свалит - лишь до берега добежать - и ноги его тут больше не будет!

Лезущие время от времени жуки, размером с собаку, огребали от всей глубины Ранминого раздражения. Разбросанные тут и там пустые шкурки жуков побольше - размером этак с автобус - подсказывали, что временами тут бывает куда оживлённее.

К счастью, это уже не его проблемы.

[center]* * *[/center]

Аканэ, Шантэй и Укё возвращались вдоль берегов огромного озера, на одну из заводей которого, оказывается, выходили русальи водопады. Водная гладь тянулась до горизонта, даже не верилось, что это - не море. Шантэй с радостью играла роль экскурсовода: рассказать было что, она в первое своё большое приключение вокруг всего этого огромного озера обежала.

По левую руку от них раскинулось озеро. Позади лежал Водоград, а чуть ближе, в глубине прорезанного заводями леса - Фонтан Капели, подземелье, где изначально покоился Камень Капели и где Шантэй обрела свой первый танец трансформации. На дальнем берегу, еле видимая в дымке, высилась крутобокая снежная вершина - Пик Острый, на вершине которого угнездился Искристый Дворец - «оченно холодное» ледяное подземелье, словно в насмешку изобилующее огненными бананопингвинами. Левее, отсюда не видно - Курган каклеров, Лес призраков, Улиточьи пустоши и прочие суровые места, населённые лишь нежитью да монстрами. Прямо и левее, сразу за озером начиналась пустыня, по которой гостьи уже имели счастье пройтись. Где-то там, в глубине пустыни - Город-оазис и лагерь Боеприпас-барона. Дальше, за пустыней и за озером - Слякотное болото, дикие леса и Бандитский город. Да-да, именно так и называется. Собираются тёмные личности и целыми днями квасят в таверне. В смысле, квас пьют. Квас?.. Замечательный, но лучше не увлекаться. Ибо тот не видел настоящих ужасов, кто тамошние уборные не посещал. Куда там подземельям, полным нечисти!

За такими вот разговорами вышли на дорогу, догнали попутную подводу - и дальше ехали черепашьим шагом, трясясь на тюках, поскольку в связи победой всех троих обуяла ужасная лень. А что? Все четыре камня, почитай, в кармане. В неспособность Рёги отпинать босса совершенно не верилось.

Аканэ поогорчалась по поводу разодранной борцовки: правую полу куртки оторвало до подмышки, оголяя бок. Шантэй уверила: заштопаем в лучшем виде.

Дорога вилась, огибая препятствия, какие Шантэй обычно перемахивала не глядя. Сразу отпал давно вертевшийся вопрос, почему та дорогами не пользуется. Танцовщица достала бенто Ранминой работы, раздала всем - и жизнь стала ещё краше.

[center]* * *[/center]

— Ык! — Боло поскользнулся и шлёпнулся на пятую точку.

— Почему ж она не предупредила, что тут - каток вместо пола! — возопила Скай, семеня по гладкому льду.

В тёмном проходе в дальнем конце зала уже грохотало, быстро приближаясь.

Рёга попрочнее всадил свою двутавровую балку в ледяной пол да пошире расставил ноги. Ужо он этому червяку!

— Пузырь, пузырь не забудьте! — предупредил Боло, выхватывая из кармана свиток. Они со Скай почти одновременно пробежали магический текст глазами, окутываясь голубоватыми прозрачными пузырями. Рёга эти штучки презрел: ничто из покуда встреченного не смогло его даже поцарапать. Ну, исключая того робота - уродца, похожего на ханойскую башенку из ящиков. Но тот просто взорвался неудачно, ага.

Босс грохотал уже за поворотом. Боло и Скай улепётывали к стенам, один - на карачках, другая - с помощью тянущего её попугая. Рёга хмыкнул...

Из темноты выметнулась помесь шипастого трамвая с железным драконом. Стилизованная клыкастая челюсть, полыхающие багровым щёлочки глаз...

«Я эту Шантэй уважаю всё больше, — подумал Рёга, улетая в стенку в то время, как гнутая двутавровая балка улетала в другую. — Храбрости ей точно не занимать»

Из под потолка упало что-то. Оказалось - голова Ротти. Не успели ужаснуться - всё остальное тело выскочило под ней, словно чёртик из коробочки. Зомбяшка шустро утопала к стеночке, ребристый протектор на её башмаках пришёлся тут очень кстати.

Стальной Червь промчался по залу ещё раз, чудом не сбив Скай, неправильно угадавшую, в какую из множества арок тот нацелится завернуть. Потом Рёга выковырялся-таки из стенки и встал у босса на пути с гнутой балкой наперевес.

Запрыгнул на крышу - что, мало он на поездах снаружи ездил? Да эта хреновина ползла не быстрее автобуса по горному серпантину! Оставалось только сыграть с тварью в напёрстки. Вот и три купола, словно огромные мигалки на пожарной машине. Саданул по первому - загорелось зелёным, по второму... Не угадал, красный.

Заискрило, забило током, со всех шипов зафонтанировали миниатюрные шаровые молнии. Рёга, слегка дымясь и подёргиваясь, вынужден был признать, что свиток пузыря не использовал зря. Но самому себе и молча: мужику ныть не пристало.

Скрипя сегментами, босс унёсся в тоннель. Рёга плашмя прижался к крыше головного, не желая проверять высоту потолка макушкой. Когда Стальной Червь, описав дугу в темноте, вернулся в зал - выпрямился и саданул по первому куполу.

Боло, уже ждавший наизготовку, зацепился своим кистенём - кошкой, запрыгнул на босса, но пнуть третий купол не успел: туда прилетела метко брошенная голова Ротти. Купол вдавился и щёлкнул, загораясь зелёным. Ренч с боевым кличем таранил последний, спикировав из-под потолка.

Гибрид трамвая с грузовиком из «Безумного Макса» замедлился и встал. Рёга, не теряя времени, спрыгнул к хвосту, где из задницы вылез ещё один купол. И уж по этому-то вдарил балкой со всей дури, помня рассказ Шантэй, как ей четыре раза всё заново повторять пришлось, чтобы доломать окончательно.

Хрустнуло, заискрило... Железяка сдохла с одного Рёгиного удара и больше признаков жизни не подавала.

Поковырялись, сначала не понимая, что делать. Рёга попробовал ломать дальше. Наконец, заметили край голубоватой пластины в щели между тем местом, откуда выдвигался купол, и корпусом. Это и был «искристый камень»?

Попотеть пришлось немало, распотрошив всю заднюю часть механического чудовища: камень не просто застрял между силовыми элементами набора, но и примёрз намертво.

..а потом примёрз уже к ледяному полу, на который выпал.

Намаялись с этой волшебной штуковиной, размером с большую кафельную плитку, ещё немало: в руки её было не взять, грозила отморозить. От пола отломать - только с куском пола. Хоть тут-то Рёгина коронка пригодилась! Чтобы нести - пришлось пожертвовавть одной из шалей Скай.

Как Ранма-мерзавец с Камнем Пекла управился, если тот - настолько же горячий, как этот - холодный?

[center]* * *[/center]

Вот оно! Сянь Пу в кошачьей ипостаси прыгала с уступа на уступ, спускаясь к волшебному фонтану глубоко внизу. Огорчало лишь, что нечего поднести духу в качестве даров, пусть и символических: одежда осталась далеко позади, кошкой подземелье проходить оказалось намного легче. Чем никак: застряв у первой же решётки, Сянь Пу была вынуждена использовать фляжку на себя. Кошка легко протиснулась между прутьями. И дальше так же просто: огненные шары и прочие пакости безвредно свистели над головой, только не забывай хвост поджимать. Узкие пролазы превратились в широкие коридоры. Комнаты-ловушки на её присутствие просто не реагировали. Ну, а мимо монстров она просто прошныривала, слишком быстрая и ловкая для этих увальней-переростков.

Принюхиваясь, робко приблизилась к фонтану. Круглый серебряный кувшин, стилизованный под варп-кальмара, с шариками щупалец и улыбающейся физиономией, струил воду из узкого горлышка, разбрызгивая на все стороны веером-зонтиком. Кувшин окружали несколько статуй игривых кошек в натуральную величину, изваянных из того же серебра. Пахло тут... чем-то мистическим и игривым, аж шерсть дыбом вставала, словно наэлектризованная.

Сянь Пу с трепетом поставила лапу на выступающую над чашей фонтана табличку с загадочными рунами. В принципе, к духам она относилась индифферентно, хоть и выказывала подобающее уважение. Но сейчас она собиралась просить незнакомого духа об услуге, причём, за просто так, а результат был страшно важен для неё. Согласятся ли с ней вообще разговаривать? Или это только для джиннов?

Мякнула неуверенно: мол, не побеспокою?

Из фонтана взметнулись яркие искры. Сянь Пу отпрянула. Из-за кувшина вышла кошка - точь в точь как её кошачья форма, только разных оттенков голубого вместо белого с фиолетовым. Сянь Пу приветствовала её со страхом и надеждой, тушуясь недостойно воительницы.

Дух танца мякнула успокаивающе: мол, всё пучком, не дрейфь, молодёжь. Аналогом речи это не было, но посыл и эмоции понимались совершенно отчётливо. Голубая кошка обошла её кругом, изучая и принюхиваясь.

А потом отскочила в сторону, да как начнёт носиться туда-сюда, то - словно котёнок, за бумажкой гоняющийся, то - прыгая, словно невидимых птиц ловит. Один раз вообще за собственным хвостом крутанулась. А закончилось это представление не по размеру пафосной, утрированно-тяжеловесной поступью, словно изображала тигра.

И уставилась на Сянь Пу выжидательно.

Вот что это сейчас было?

Дух танца мякнула требовательно: мол, повторяй давай, салага.

Страшно смутившись - это ж надо было, не догадаться, что так выглядит танец в исполнении кошки! Чего она ожидала, вальса на задних лапах? - Сянь Пу бросилась повторять, путая движения и ошибаясь от неловкости, под горестные подмякивания духа-учителя: плохо, криво, ну кто так прыгает, ужас.

Ух, позор какой.

Духу пришлось ещё раза три повторять танец, а ей - все пятнадцать, пока вердикт не сменился на «ничего, сойдёт».

Иии.. И на этом - всё?.. Ни во что она так и не превратилась. Неужели всё зря?

«А теперь - ещё раз, с чувством, вкладывая магию,» зычно гаркнула дух.

Магию... магию... Не зная, что и как, Сянь Пу постаралась вплести в танец свою ци. Ну же, ну же... Чуть язык от нетерпения не высовывая...

И - опять ничего.

От досады хотелось выть и драть что-нибудь когтями! А перед духом просто неудобно: та старалась, учила даже не за спасибо...

Дух танца подошла, оказавшись отчего-то маленькой, Сянь Пу по брюхо. Потёрлась о её переднюю лапу, мурлыкнула «так держать, молодёжь, дорогу осилит идущий!» и в два прыжка скрылась за фонтаном.

..если подумать - и фонтан тоже стал заметно меньше!

Страшась поверить счастью, подошла, погляделась. Рябь в воде не давала разглядеть отчётливо, но в ответ уставился кто-то явно саблезубый. И кто она теперь - саблезубая рысь?.. С любопытством оглядела себя. Пропорции тела остались теми же, что у обычной кошки, цвет шерсти - тот же белый, только гуще немного. Но, самое главное - она смогла превратиться! У неё получилось! Танец не впечатляющий? Не беда. Дорогу воистину осилит идущий. Будут ещё танцы, может - девушки-кошки, может - крутой саблезубой тигрицы.

«Спасибище!!!» мявнула дурным голосом на радостях.

«Да не за что, — муркнули откуда-то, словно отовсюду, — твоя радость - мне лучшая награда!»

[center]* * *[/center]
User avatar
chebmaster
Site Admin
 
Posts: 823
Joined: 06 Apr 2013, 13:38

Re: Танцуй-танцуй заварушка (кроссовер)

Unread postby chebmaster » 05 Jan 2021, 05:45

P.S. Подземный зал, где происходила битва с Рёгой в 16-й, позаимствован из одного из уровней Dark Messiah of Might and Magic. Рассказ про злоключения Шантэй в 17-й - несколько разных фанартов на deviantart.
Големьи шахты - локация в первой игре, известной мне только по летсплеям на ютубе. Дальноскоп и элементальные камни - оттуда же. Злоключения Набики - см. этап Run, run, rottytops из "Проклятия пирата" (участок проходится только один раз за игру, Шантэй с Ротти на руках не может атаковать и имеет один хит-пойнт, любое касание монстров отбрасывает к началу). Стальной червь - предпоследний босс "Проклятия пирата", которого я уже побил в забеге на "Спасительницу кальмаров" - т.е. с двумя сердечками жизни, хотя до конца ещё игру не прошёл (остались нудное собирание пропущенных кальмарчиков по всем островам и главгад). Фабрика на Русальих водопадах - из "Героини-полуджинни", где Гига-русалка - второй босс.
User avatar
chebmaster
Site Admin
 
Posts: 823
Joined: 06 Apr 2013, 13:38

Re: Танцуй-танцуй заварушка (кроссовер)

Unread postby Parovoz » 05 Jan 2021, 18:09

Набики представляется этакой смесью Лары Крофт с Индианой Джонсом. Даже нашел пару подходящих картинок:
Image
Image
User avatar
Parovoz
 
Posts: 476
Joined: 07 Apr 2013, 00:06

Re: Танцуй-танцуй заварушка (кроссовер)

Unread postby chebmaster » 06 Jan 2021, 18:07

Воистину, только декоьте нет и рукава длинные: она прагматично застёгнута на все пуговицы. И я уже описывал, какой монументальный бюстгальтер подо всем этим.
User avatar
chebmaster
Site Admin
 
Posts: 823
Joined: 06 Apr 2013, 13:38

Previous

Return to Betaing creative writing (section B, visible to guests)

Who is online

Users browsing this forum: No registered users and 1 guest

cron
Fatal: Not able to open ./cache/data_global.php